"Фантастика 2025-71". Компиляция. Книги 1-10

Все происходило в полнейшем молчании, и полковнику показалось, что все эти манипуляции с чашками, легкое шуршание рукавов, звон крошечных бубенчиков, украшавших высокие прически дам, гипнотизируют его и лишают воли. Он попытался сбросить наваждение и рявкнул:

— Всем встать! Режимная проверка!

Однако он сам не услышал своих слов, словно уши ему ватой забили. Женщины же тем более не обратили на этот крик никакого внимания.

— Что за черт! — беззвучно, словно в воде, закричал полковник. — Вы почему не подчиняетесь?!

Он попытался сделать шаг к этим дамочкам, но ноги его превратились в два каменных столба и отказались ему служить. Полковник глянул вниз, на свои форменные сапоги и ахнул — он стремительно каменел, превращался в залитый гипсом памятник, вроде того, который стоял на плацу колонии с воздетой к небесам рукой…

— Да что же это?! — отчаянно возопил мозг полковника, а губы издали жалостный, похожий на писк щенка, звук.

Госпожа Мумё, она же Анастасия Либенкнехт, спокойно подождала, пока полковник Кирпичный рухнет на пол в глубоком обмороке, а затем сказала:

— Видите, сестры, наше могущество умножается с каждым днем. Вы убедили силой своих душ этого мужлана в том, что он оглох и окаменел, и он рухнул словно каменный идол. Но мы пока не будем уничтожать его. Он пройдет путь до конца. С нами. Он увидит такое, отчего смерть станет казаться ему самой лучшей наградой.

— Но для чего это, Госпожа? — спросила одна из женщин, известная как Фусими.

— Если женщина захочет, то пройдет сквозь камень! — вспомнила старинную поговорку Тамахоси.

— Верно, — улыбнулась алым кукольным ртом Мумё Безымянная флейта. — Какой прекрасный чай ты заварила сегодня, Ама-но кавара! Этот чай побуждает меня рассказать вам одну историю. О женщине, которая всегда добивалась того, чего хотела. Даже если на ее пути вставали скалы и моря, жестокие ветры, осенние промозглые холода…

Но ей положено жить в окружении сказок…

Самое время для фольклора.

Это довольно странный фольклор.

Осенние промозглые холода, с завидным упорством наступавшие на легкомысленный и не верящий в близкую зиму московский люд, наградили Марью и Дарью Белинских сильнейшим насморком, кашлем и температурой. Поэтому Татьяна Алексеевна отказалась от мысли водить внучек в детский сад и оперативно устроила в квартире зятя мини-лазарет.

— Эпидемия простуды наступает! — апокалиптическим гласом возвестила она мужу и зятю и, поминутно чихая, развесила по периметру квартиры супругов Белинских ожерелья из очищенных долек чеснока.

— Танюша, что за ерунду ты делаешь! — поморщился Баронет. Его утонченному носу претил плебейский аромат чесночных долек. — Можно подумать, ты с вампирами собралась сражаться.