Имперец. Книги 1-5

Такие трюки требуют холодной головы и равнодушного сердца.

В одно мгновение в глазах парня пронеслось море эмоций: горе, ненависть, злость, отчаяние, упрямство и…

— Я тебя понимаю, — кивнул Нахимов. — Я буду стараться.

Уже подъезжая к университету, я подумал, что, кажется, сегодня впервые я прошел тест свой-чужой у какой-то значимой части высшего общества. И, возможно, немного вернул к реальности одного поломанного парня.

А магия на костяшках пальцев? Я о ней и не вспомнил.

Как и положено хорошо воспитанной девушке, княжна Демидова на территорию будущего жениха всегда приезжала только в сопровождении какого-нибудь мужчины своего рода.

Вот до сегодняшнего дня.

После объявления указа императора все высшее общество забурлило. Редко когда в наше время выпадал случай поучаствовать в настоящих боевых действиях, а потому сыновья сильных аристократических родов не то, что рвались, — готовы были меж собой драться, лишь бы уехать пинать пшеков. Потому как участие в настоящих боевых действиях — это уважение, почет и более быстрое движение по карьерной лестнице. Как-то так исторически сложилось, что аристократы, успевшие поучаствовать в защите интересов Российской империи, всегда были в приоритете и на службе, и при заключении прямых договоров между родами.

Особенно это было важно для представителей Имперской фракции. Это был почти что знак качества, отличительный символ для «своих». Тот, кто брал в руки оружие и вставал под знамена Родины, казался более надежным человеком, чем тот, кто по любым причинам провел свою службу где-нибудь в штабе или в дальней спокойной части.

Дарья понимала эту понятийную структуру. Понимала и то, как мыслило большинство мужчин в такой ситуации. Понимала, потому что у нее было трое старших братьев, и буквально полчаса назад она по телефону говорила с наследником рода Демидовых, в надежде, что тот примет участие в жизни сестры и окажет влияние на Алексея.

Но брат лишь сказал, что она — женщина, и мыслит иными категориями, а потому ей не понять всю ту ответственность, которая лежит на наследнике рода. И что он наоборот, горячо поддерживает решение Ермакова-младшего отправиться в Польшу. И лучше бы ей не лезть со своими девичьими капризами в серьезные дела.

Дарья покладисто ответила, что все поняла, вежливо попрощалась с братом и вызвала личного водителя.

Потому что, конечно, они живут в прогрессивном российском обществе, и женщина тут обладает примерно тем же перечнем прав и обязанностей, как и мужчина, но Российская империя была все-таки страной патриархальной, и спорить с братом княжне было бесполезно. Проще согласиться и сделать по-своему.

А потому она и ехала в личный особняк Алексея Ермакова, чтобы сделать по-своему.