Антон Волков. Книги 1-4

 — Почему вас, химиков, бросили на розыски? Что делает здесь ваша часть? Отвечайте, быстро!"

"Лучше других владевший немецким Егоров вполголоса переводил остальным ответы и вопросы. Сидя на земле, ребята с напряженным вниманием слушали — еще бы, первый немец, с которым они говорят. Пусть допрашивает один командир, но все же здорово он владеет немецким! Так и чешет, как натуральный «ганс»!

— Вы жили в Берлине? — искательно заглядывая Волкову в глаза, спросил Каттнер, пытаясь перевести разговор на другую тему. — В каком ките, то есть районе, столицы? У вас произношение берлинца.

— Будете отвечать на вопросы? Мне еще долго ждать? — поиграл Антон желваками.

— Приказали выделить солдат для ваших розысков, — пожал плечами ефрейтор. — Здесь какой-то черный СС распоряжается. О нем я ничего не знаю! — быстро добавил он.

— Так, — помрачнел командир. — Откуда выехали, где стоит ваша часть, в каком месте? — он достал карту, развернул ее, показывая немцу.

— Не умею читать русскую карту, — отвел глаза тот. — Мы стоим в Озерном. Участок для патрулирования выделили от расположения части до местечка Броды. В Озерном мы должны оборудовать объект, но его назначения я тоже не знаю. Возможно, нас еще передислоцируют ближе к Минску или Смоленску. Что вы собираетесь со мной делать?

— Где еще стоят ваши части? — сворачивая карту, спросил Волков. Он уже отлично понял, что от Каттнера многого добиться не удастся, а таскать его за собой по лесу…

— Не знаю, — привычно повторил немец. — Ваша армия бежит, на что вы надеетесь? Вас все равно поймают, не сегодня, так завтра! Здесь кругом стоят наши части, постепенно двигаясь к фронту.

— Ну что будем с ним делать? — повернулся к ребятам Антон. — Не таскать же его за собой по лесу.

Все испуганно молчали. Крылов несмело предложил:

— Завязать глаза и отпустить по дороге? Все-таки он пленный…

Волков невесело усмехнулся, рассматривая документы Каттнера и немцев, убитых на хуторе. Фотографии, письма, солдатские книжки, круглые медальоны с номерами, во всех армиях мира прозванные «медальонами смерти».

Слова Каттнера об эсэсовце его встревожили — неужели службы безопасности уже пронюхали об архиве и материалах, которые вез Денисов? Тогда дело плохо, иначе зачем вдруг появился эсэсовец, распоряжающийся поисками парашютистов? Для этого есть армейская контрразведка и фельджандармы.

Продолжать допрос ефрейтора? Бесполезно, больше из немца ничего не выжать — он, как попугай, опять будет твердить одно и то же. Еще не знающие поражений, твердо верящие своему фюреру и силе принятой присяги, приученные к жесткой, палочной дисциплине, немецкие солдаты не столь податливы на допросах.