Амалия. Книги 12-21

Другие офицеры на пенсию живут, не жалуются, да еще семьи содержат, а он все просаживает. То в карты, то на Юлию свою. Срам, да и только!

Женщина явно жаждала выговориться, и Амалия не была намерена ей мешать. Чем больше она узнавала об офицере в отставке и его даме сердца, тем полнее становилась картина событий. Кроме того, работа в особой службе научила Амалию, что любая информация никогда не бывает лишней.

– Я что-то слышала о Юлии, – заметила Амалия небрежно. – Брат мне о ней рассказывал, но немного, потому что знает, что я не одобряю таких знакомств. Случаем не она с каким-то полковником жила?

– У, у нее много всяких было, – фыркнула Антонина Афанасьевна. – И купцы, и чиновники, так что, может статься, и до полковника она добралась. Хотя вряд ли, знаете. Если бы появился у нее полковник, она бы братца моего мигом бросила. – Женщина вздохнула и покосилась на безмолвного Антошу. – Хороший человек ваш брат, приличный, и долги возвращает, не то что некоторые. Вы чайку не хотите? Я как раз самовар ставлю. Заходите, а то у меня редко бывают гости – совсем отвыкла, а ведь училась в частном пансионе, в столице. Моя подруга по пансиону – теперь жена генерала, представляете? Что время-то с людьми делает!

Маленькие домики, маленькие лавки, мальчишки в картузах, ручьи воды вдоль скверных тротуаров – вот она, Грачевка, где живут преимущественно мещане и небогатый торговый люд.

– Это дом Голутвина? – спросила Амалия.

– Так точно, сударыня, – отрапортовал извозчик. Судя по его манере выражаться, он был из бывших военных.

Амалия расплатилась и в сопровождении Антоши зашагала к вросшему в землю старому одноэтажному дому, который подозрительно щурился на улицу плохо помытыми окнами. В одном из них на подоконнике сидела пестрая кошка и облизывала лапку.

– Думаете, это он? – внезапно спросил Антоша.

– Что? – не поняла Амалия.

– Он был в чемодане? То есть его нога? – терпеливо пояснил ее спутник.

– Боюсь, не все так просто, – улыбнулась Амалия. – Лучше приготовься к тому, что Харитонов жив и здоров и просто-напросто заложил свой сюртук старьевщику, а какому именно – не помнит. И мы опять окажемся ни с чем.

Антоша нахохлился. Он привык, что в романах следствие всегда идет по прямой, никуда не сворачивая и ни разу не заходя в тупик; что сыщик или тот, кто играет его роль, никогда не совершает ошибок и уверенно идет по следу, как бы ни старались недобросовестные свидетели сбить его с толку. Скептицизм Амалии неприятно удивил юношу, но, подумав, Антоша решил, что она просто боится сглазить удачу, и повеселел, не зная, что Амалия принадлежала к людям, которые менее всего на свете склонны к суевериям.

Вскоре они уже стояли у флигеля небольшой пристройки к дому с отдельным входом, которую не было видно с улицы.