Амалия. Книги 12-21

Он решил, что вдова судьи и в самом деле что-то знает, и поспешил от нее избавиться. Хотя в то время, когда Натали исчезла, Любовь Осиповна уже была за границей…

– А письма? – спросил Казимир. – Я имею в виду те, которые обвиняют Севастьянова в том, что именно он убил Натали.

– С письмами все понятно, – отмахнулась Амалия. – Я почти уверена, что знаю, кто их пишет.

– Надо же! – пробормотал ее дядюшка. – Послушай, так если воскресшую вдову убили, на сей раз окончательно, получается, что больше она не сможет отсудить у тебя имение?

– Она успела заключить соглашение с одним местным миллионщиком, что они будут вести процесс вместе и в случае успеха поделят Синюю долину пополам, – сухо сообщила Амалия. – А миллионщик уже хлопочет, желая привлечь к процессу Тизенгаузена. Сам знаешь, что тот за адвокат. Думаю, он сумеет найти в законах какую-нибудь закорючку, чтобы все-таки начать дело. Хотя я намерена помешать ему, ведь он слишком любит вытаскивать на процессах прошлое противоположной стороны, а мне это совершенно ни к чему.

– Да? – вздохнул Казимир. – Тогда я, пожалуй, возьму еще одну порцию осетра. Доктора говорят, что рыбное полезно для здоровья, а Адочка послала меня сюда, чтобы я поправлялся.

Амалия бросила на него быстрый взгляд и покачала головой.

«Его высокородию Александру Богдановичу Зимородкову

В Санкт-Петербург, Невский проспект, дом Бергдорф

Дорогой Александр Богданович, благоволите взглянуть на прилагаемую пятирублевую ассигнацию и отпишите мне, правильно ли я поняла, что она не имеет никакого отношения к Министерству финансов нашей империи. Сама ассигнация была найдена мной случайно в сюртуке, который оказался в чемодане, с коим приехал мой дядя Казимир; но это долгая история, и ее подробности, с вашего позволения, я лучше поведаю вам при встрече.

Кроме того, мне бы хотелось узнать вот что: вы наверняка сумеете навести справки в архивах, не было ли найдено в губернии, в которой я сейчас нахожусь, неопознанных женских трупов приблизительно 25 лет от роду, в период после 9 сентября 188… года и по нынешний день. По моим сведениям, таких вроде бы не имеется, но мне до крайности хотелось бы знать наверняка.

«Санкт-Петербург, совершенно секретно. Шифрованное.

Убедительно прошу ваше превосходительство изыскать средства, чтобы избавить меня от процесса с участием известного адвоката, г-на Тизенгаузена. Хотя я по состоянию здоровья и не нахожусь более в особой службе, я, однако же, полагаю, что услуг, оказанных мной империи, вполне достаточно, чтобы вы пожелали войти в мое положение. У г-на Тизенгаузена слишком громкая слава, и он чересчур склонен искать ненужные детали в прошлом тех, против кого ему приходится выстраивать защиту клиента.