Амалия. Книги 12-21

Место им не очень понравилось, и они стали говорить, что солнце будет светить в глаза одному из противников, отчего второй получит преимущество. Мы перешли в другое место, но тут уже мистеру Нередину что-то не понравилось, и он стал спорить с секундантами. Пока они разговаривали, мистер Хофнер ходил туда-сюда, а потом упал.

– Как упал? – удивилась Эдит.

– Зацепился ногой за какой-то сук, – пояснил Мэтью. – Когда он падал, то распорол левую руку. Мистеру фон Лихтенштейну это не понравилось, мол, плохая примета, но брат дуэлянта ответил, что вздор. Мистер Хофнер выпил воды из фляжки, которая была с собой у его секунданта, и объявил, что готов. Ну… дуэлянты разошлись. Мистер де Вермон выстрелил первым, но его пистолет дал осечку. Тогда мистер Нередин, который стоял возле меня, сказал что-то по-русски… я не понял его слов. Мистер Хофнер хотел выстрелить, но как-то неловко дернул рукой и… Вот так все и кончилось, – добавил он извиняющимся тоном. – Брат убитого… то есть его на самом деле никто не убивал… готов был наброситься на нас с кулаками, но мистер Нередин заявил ему, что все было по правилам, и мистер фон Лихтенштейн подтвердил. Тело погибшего увез брат, ну а мы… мы вернулись в санаторий.

Мэтью ждал, что Эдит скажет что-нибудь приличествующее случаю, но ее замечание ошеломило его.

– Хорошо мужчинам – они могут драться на дуэли, – внезапно произнесла девушка. – А вот я не могу, хотя с удовольствием вызвала бы… кое-кого.

Уилмингтон сначала решил, что ослышался. Однако поглядел в лицо Эдит и убедился: она говорит совершенно серьезно.

– Мисс Лоуренс… – несмело начал Мэтью. – Вас кто-то обидел? Кто? Скажите мне, и я… – Но не закончил фразу, внезапно поняв, что вряд ли сможет помочь своей соотечественнице. И в самом деле, что мог сделать такой безнадежный больной, как он?

– Вы знаете, что случилось сегодня с баронессой Корф? – спросила Эдит. Мэтью, поколебавшись, кивнул. – Я очень боюсь, что на самом деле все произошло из-за меня. Она так хотела мне помочь!

И, не удержавшись, девушка рассказала о браке своей подруги Аннабелл, о ее гибели и о подозрениях, которые мучили Эдит.

– Боже мой! – воскликнул Мэтью, пораженный до глубины души. – Какая ужасная история, мисс Лоуренс! Неужели это может быть кто-то, кого мы знаем? И вы… вы решились вот так, одна, отыскать этого страшного человека?

– Вы забываете, – возразила Эдит, – что Аннабелл была моей лучшей подругой. А теперь я боюсь за баронессу Корф, что она тоже может пострадать. Ведь у доктора Севенна пропали две склянки с морфием. Одну взяла русская художница, а куда делась вторая? Конечно, ее взял убийца.