Академия проклятий. Книги 1-7

Мы пытались смущенно улыбаться и не морщиться при этом, а едва тролль вновь приложился к деревянной кружке, Риая указала мне на одного из посетителей этого заведения, понуро сидящего в углу и явно не участвующего в общем веселье. Я все поняла и попыталась встать.

— Куда?! — зарычал Рыхар.

— Она скоро вернется, — заверила его Риая, поглаживая по мерзкой морде.

Меня отпустили, и лавируя между разошедшимися троллями, я подошла к тому, кто просто пил, не для того чтобы отпраздновать, а чтобы забыться. Но едва подошла, так и застыла на месте – конкретно этого плосконосого с тяжелой серебряной серьгой в ухе я уже встречала… В «Зубе дракона», в тот самый вечер, когда меня провожал Шейдер.

— Браги мне! — прохрипел тролль, ощутив мое присутствие. Потом вскинул голову, вгляделся, разочарованно выдал. — А, ты не из этих. Вали! Мне сегодня хочется просто напиться!

Но я осторожно обошла стол и молча села напротив, стараясь даже лишних движений не совершать.

— Че, глухая? — взревел тролль. — Пошла отсюда, прошмандовка!

Не пошевелившись даже, я сидела и думала — в тот вечер как-то слишком нагло действовали тролли, и меня увидев этот сразу сказал «девица», а они обычно сначала угостить пытаются, и уже затем пристают. Но нет, этот намекать начал сразу… а не из-за цвета ли моих волос?

— Че вылупилась? — неистовствовал чистокровный тролль.

Я улыбнулась, не показывая зубов, которые у меня обычные, а не острые как полагалось к моему образу, и с сочувствием спросила:

— Вы… потеряли кого-то близкого!

Бабах! Тролль водрузил кружку на стол с такой силой, что та раскололась и в мощной лапе осталась только ручка, а потом он вдруг… заплакал. Затрясся всем своим могучим телом, и уронив голову на сложенные на столе руки, горько и почти беззвучно зарыдал. Без слез… но так искренне. Пьяные слезы, я такое уже видела, и знала, что сейчас он начнет говорить… начал:

— Пьют они, — сквозь рев начали прорываться слова, — пьют… золото получили, а кто мне брата вернет?! Кто?

— Он погиб? — тихо спросила я.

— Погиб, — тролль ударил себя в грудь, — сердцем чую, что погиб!

И он снова заревел. Я же заметила вошедшего переодетого Юрао, который прошел и сел неподалеку от нас. И я молчала, потому что по опыту уже знаю — теперь нужно просто молчать. Молчу, а тролль заговорил:

— Мне это дельце сразу не понравилось, хоть и выглядело простецки дальше некуда. Всего делов — ищем девчонок, развлекаемся хоть по одному, хоть все разом, да относим к заказчику. Дельце то приятнее некуда, а потом гля — а те, с кем развлеклись, по городу трупами находят, то здесь, то там. Гнилое дельце, да… Я это Нырку сразу сказал, а тот все золото, да золото, да от таких делов не отказываются.