Кровавый Рим. Книги 1-9

Им ничего не оставалось, как держаться на воде до тех пор, пока они не увидят спасительный разлив реки…

Они приближались к тому месту, где стоял повстанческий лагерь, еще вчера многолюдный, кипевший жизнью, а теперь заваленный телами убитых и умирающих.

Только вчера перед самым закатом солнца Варий и Мемнон прогуливались по валу, обсуждая планируемый поход в Сицилию, говорили о трудностях переправы через Сикульский пролив, где им, несомненно, придется преодолевать опасные течения и водовороты на утлых рыбачьих лодках и плотах. И вот теперь все кончено. Подавленные столь неожиданной катастрофой, они тяжело переживали случившееся, в то время как бурливые мутные воды Вултурна несли и несли их навстречу неизвестности и слабой надежде на спасение…

Около третьего часа утра мятеж рабов был полностью подавлен.

Основная масса восставших была изрублена в их собственном лагере или нашла смерть в отчаянных схватках в разных местах по всей излучине Вултурна.

Солдаты претора совместно с жителями Казилина и Капуи устраивали облавы на беглецов, прятавшихся в зарослях или пытавшихся уйти в близлежащие горы. Спастись удалось очень немногим.

Попавшие в плен не обманывались относительно своей дальнейшей участи — римляне не знали пощады к взбунтовавшимся рабам.

Из всех участников мятежа лишь один был освобожден от наказания. Это, конечно, был Аполлоний. Акарнанец предвкушал получение официального отпуска на свободу и обещанные ему претором десять тысяч сестерциев в награду за свое гнусное предательство.

В то время как на левом берегу римляне покончили с последними очагами сопротивления, на правом берегу продолжал действовать со своими всадниками Кассий Сукрон, ревностно выполнявший данный ему Лукуллом приказ — уничтожать или захватывать в плен беглых рабов, пытающихся спастись вплавь через Вултурн.

Конники Сукрона все утро без передышки рубили мечами и разили копьями переплывавших на правый берег мятежников. В плен было взято не менее сотни беглецов.

В составе карательного отряда Сукрона, как уже говорилось выше, был Марк Эмилий Скавр.

Молодой патриций особенно усердствовал в деле истребления «подлых рабов». На его счету было двенадцать убитых, из которых четверых он зарубил своей отточенной, как бритва, спафой и еще восьмерых поразил стрелами из лука, демонстрируя перед солдатами необыкновенную меткость своей стрельбы.

Скавр был страстным охотником и объездил в поисках добычи все леса вокруг Рима. Даже с коня он мог попасть в летящую утку. Теперь искусство меткого стрелка из лука ему весьма пригодилось. Сукрон обещал отметить его «доблесть» перед претором.

Когда солнце уже высоко поднялось над горизонтом, на поверхности реки чернело всего несколько десятков голов плывущих.