Кровавый Рим. Книги 1-9

Сюда же пригнали пленных римлян и кампанцев.

Самнитов Минуций отпустил, сказав им на прощание, что ни самнитов, ни марсов, ни другие италийские племена он не считает своими врагами, наоборот, желает вместе с ними добиваться для них справедливых прав, и так как римляне в своей надменности не хотят предоставить им равноправие, то они должны решить сами для себя — будут ли они по-прежнему терпеть свое унизительное положение или возьмутся за оружие.

Между тем в Капуе разнеслась весть о приближении врага, и жители, вооружаясь, поспешили на стены. Поначалу там решили, что Минуций идет на штурм.

Войско мятежных рабов в полном составе подошло к Беневентским воротам и остановилось, не доходя до них, на расстоянии трех выстрелов из лука.

Со стен и башен города было видно, как беглые воткнули в землю на видном месте два копья и укрепили над ними одно поперечное.

Одновременно отряды восставших медленно расступались, освобождая дорогу показавшейся колонне пленных, которые шли, низко опустив головы, в одних туниках, без поясов.

Собравшимся на стенах Капуи все стало ясно.

Претор Лукулл, узнав о том, что происходит у Беневентских ворот, со стоном схватился за голову.

— О, мерзавец! Изменник родины! — в бессильной ярости повторял он. — Я прикажу тебя распять вместе с самыми гнусными негодяями из всей твоей шайки!

Сам Минуций не мог не сознавать, что провод «под ярмом» римских легионеров соотечественники никогда ему не простят.

Он поделился мыслями об этом с Квинтом Варием.

Колонну пленных возглавляли преторский легат Гней Клептий и командир Аниеннской когорты Кассий Сукрон. Оба не могли скрыть слез стыда и унижения.

Со всех сторон на пленников сыпались насмешки, оскорбления. Некоторые из них получали удары древками копий.

Когда Клептий и Сукрон первыми приблизились к сооружению из трех копий и сваленным рядом в кучу знаменам Аниеннской когорты, восставшие подняли дикий торжествующий вой.

— Ниже, ниже голову, римский трибун! — кричали победители, сопровождая хохотом и аплодисментами согбенную под поперечным копьем спину преторского легата.

Вслед за Клептием и Сукроном стали проходить «под ярмом» центурионы, затем оптионы, легионеры и, наконец, кампанцы — солдаты капуанской, путеоланской и куманской милиции. Все они были в нижних туниках, вид имели жалкий и затравленный.

Прошедшие через эту унизительную процедуру пленные выбирались на Аппиеву дорогу и понуро брели по ней в направлении Калатии. Их сопровождали конные повстанцы, которые разбивали пленников на отдельные группы, приказывая одним идти в сторону Свессулы, другим сворачивать на дороги, ведущие к Адеррам и Ателле, третьим продолжать движение на Калатию.