Кровавый Рим. Книги 1-9

Собрав командиров, Минуций объявил, что остаток дня и ночь все проведут в имении, но бездельничать он никому не позволит.

Командиры разошлись по своим манипулам и центуриям с его приказом заниматься сбором железа и меди для изготовления копий и рогатин.

В имении была хорошая кузница. Туда стали сносить мотыги, заступы, железные оковы и решетки, выломанные из окон эргастулов. До наступления темноты в кузнице стучали молотки.

В наступившую ночь Минуций обошел все манипулы, приказывая выставлять часовых и дозоры.

— Свессула и Ацерры в двух часах ходьбы, — говорил он. — Нельзя допускать беспечности! Там не замедлят выступить против нас. Возможно ночное нападение. Власти этих городов уже не в первый раз имеют дело с восставшими рабами. Они прекрасно понимают, что легче покончить с мятежом, пока он в зародыше.

Ночью было холодно. Повстанцы жгли костры. Грязные и зловонные эргастулы пустовали — бывшие их обитатели предпочитали спать у костров под открытым небом. Деревянные части рабских тюрем разбивались и бросались в огонь.

Утром Минуций решил произвести смотр своим отрядам, выстроив их вдоль дороги, соединявшей Свессулу и Ацерры. Оказалось, что силы восставших выросли более чем вдвое — их теперь было семьсот восемьдесят человек. Пятьсот из них были превосходно вооружены.

Обходя ряды воинов, Минуций сам разбивал их на центурии и манипулы. На первых порах он добивался, чтобы солдаты манипулов держали строй в пять рядов, располагаясь по фронту в три линии, как это было принято в римской армии. Три манипула по сто двадцать человек в каждом назывались гастатами и составляли первую линию. Во второй линии были два манипула принципов. В третьей линии находился отборный манипул триариев.

Результатами первого урока Минуций остался доволен. Новоиспеченные солдаты проявляли старание и ловили на лету каждое его слово. Можно было надеяться, что в бою они будут действовать в достаточной мере организованно.

Из захваченных в имении лошадей Минуций выбрал для себя прекрасного верхового коня. Он принадлежал владельцу виллы. Остальные два десятка лошадей, на которых раньше разъезжали надсмотрщики, поступили в распоряжение Иринея, который назначен был начальником конной разведки. Ириней в свою очередь сделал своим помощником Сатира. Всего возглавляемый им отряд насчитывал тридцать четыре всадника, включая его самого и пятерых друзей-гладиаторов.

Ламида и Марципора Минуций объявил своими помощниками, приказав им по своему усмотрению назначить старших центурионов, которые возглавили шесть манипулов. Остальных командиров выбрали себе сами воины.

После того как все это было устроено, Минуций позаботился окружить себя телохранителями из своих верных рабов.