Кровавый Рим. Книги 1-9

Никто из них не заикнулся о том, что валится с коня от усталости и бессонницы.

Солнце уже стало клониться к закату, когда гладиаторы доскакали до перекрестка двух дорог — Аппиевой и Домициевой.

Последняя вела дальше на юг вдоль морского побережья. Аппиева дорога в этом месте поворачивала, огибая город Патрин, почти строго на восток и шла через Урбану к Казилину.

Отсюда гладиаторы продолжали гнать своих лошадей во весь опор и замедлили их бег на последнем длинном и утомительном подъеме дороги перед двумя преградившими путь полноводными притоками реки Саво.

Когда подъем закончился, беглецы одновременно с открывшейся их взору широкой речной долиной увидели примерно в полутора милях позади себя облако пыли и мчавшийся за ними по дороге конный отряд.

Это были преследователи.

— Дождались встречи! — воскликнул Сатир.

— Их не меньше тридцати, — хладнокровно установил Думнориг.

— Предлагаю дать им бой на свайном мосту! — крикнул Ириней. — Уж там-то они не обойдут нас с тыла…

В самом деле, продолжать бегство не имело смысла. На своих конях, измученных в течение дня почти непрерывной скачкой, гладиаторы не смогли бы уйти от преследователей, которые наверняка успели сменить лошадей. Поэтому все согласились с предложением Иринея.

В этот момент беглецы, решительно настроенные скрестить свои мечи с мечами римлян, не подумали о том, что у врагов могут оказаться луки и стрелы. Это оружие позволило бы им, не вступая в рукопашную схватку с искусными и отчаявшимися в своем безысходном положении людьми, легко перебить их всех до одного с расстояния нескольких десятков шагов.

Впереди было два моста, служивших переправой через два притока Саво, реки, основное русло которой проходило в нескольких милях восточнее Аппиевой дороги.

Ближний мост был деревянный, а второй, перекинутый через соседний приток, который находился от первого притока на расстоянии примерно одной мили, имел каменные опоры и назывался Кампанским.

Гладиаторы доскакали до первого моста и остановились возле него, решив здесь сразиться с римлянами.

— А не сжечь ли нам его? — как бы про себя сказал Думнориг, скользя взглядом по противоположному берегу реки.

— Сжечь мост? — переспросил Сатир.

— Сухого хвороста предостаточно, не правда ли? — указал галл товарищам на другой берег, густо поросший кустарником и деревьями.

— Вот славная мысль! — вскричал Ириней. — Ну и голова у этого арвернца!

— А я ничего не пойму! О чем вы говорите? — с недоумением спросил Багиен.

— Думнориг предлагает поджечь за собой мост, — сказал более сообразительный Астианакс.

— Поджечь за собой мост? Но успеем ли мы? — с сомнением покачал головой Сигимер.

— Нужно попытаться, — сказал Думнориг.