Сокровища Валькирии. Книги 1-7

— Не спеши, майор, — философски заметил Хардман. — Если морской пехотинец собирает цветы… Это вполне возможно.

— Он проходил тестирование по программе «Д», сэр. Компьютерный анализ ответов превосходный, — выдал последний аргумент в защиту Джейсон.

Генерал добродушно усмехнулся, отложил дымящуюся трубку.

— Ты веришь в эти забавы, Джейсон?.. Куча бездельников из Гарварда жирует на армейских хлебах, не отвечая ни за что. Эти недоучки разбираются в человеческих чувствах? В психологии?.. Да просто кто-то в правительстве лоббирует их «гениальные» проекты. Хороший капрал заменит любой тест."

"Марвин Хардман говорил это из ревности, ибо сам был тонким психологом и отличным стратегом, о чём знали все и давно, уже устав пророчить ему большое будущее, особенно после «Бури в пустыне», где отличилась его бригада. Он давно перерос свою должность, однако в министерстве этого упорно не замечали. Джейсон мог лишь догадываться, почему: на его взгляд, из-за несколько странных и неожиданных убеждений, которые он не стеснялся высказывать в присутствии подчинённых офицеров. Он был типичным янки и при этом отличался неприкрытым и крайним национализмом. И ладно бы презирал ниггеров, мексиканцев или арабов; генерал не любил немцев, ненавидел итальянцев, всех славян без исключения, японцев и особенно — французов, считая их европейскими евреями, а Францию — рассадником бредовых идей, революций и масонства. Бригада Хардмана часто использовалась в операциях под эгидой ООН, и всякий раз генерал провоцировал междоусобицы, хорошо, если дело кончалось просто дракой… Вот и сейчас он не преминул устроить заварушку с французами. Прогулявшись вдоль командирского стола, Хардман внезапно заявил, опровергая свои собственные доводы:

— Уайн — добропорядочный белый солдат. Нет, дезертирство исключено, ты прав, Джейсон. Остаётся единственное: парня выкрали французы. Поэтому сделаем так: якобы для проверки таких предположений ты пошлёшь к ним своего офицера. И пусть он ведёт себя так, как полагается морской пехоте США. Как только начнётся конфликт — батальон в расположение французов, на бронетехнике. Пусть твои парни разомнутся как следует. А я тут закрою на это глаза. И посмотришь, твой солдат сразу найдётся.

Генерал тоже искал на войне развлечений…

— Извините, сэр. Не лучше ли вначале обратиться к французам официально? — попытался увильнуть от рукопашной Дениз. — Наши зоны граничат, работаем в постоянном соприкосновении…

— Не лучше, майор! Не лучше! — вальяжно рассмеялся Хардман. — Знаю я этих евреев. С ними невозможно разговаривать, они непременно вывернутся, выскользнут и первые доложат в объединённый штаб, что у морской пехоты процветает дезертирство. Тактика известна.