Сокровища Валькирии. Книги 1-7

 — «Валькирия» усваивается уже во рту, но это не наркотик и не алкоголь. Все компоненты приготовлены из натуральных продуктов и газов. Никаких квасцов, дрожжей, холестерина. Это уникальный и божественный напиток. Сегодня вам можно не обедать: достаточное число калорий вы уже получили.

Мамонт отпил чуть больше половины и отставил бокал. В гортани и носу приятно пощипывало, как от хорошего шампанского.

— Вы приехали в Россию как рекламный агент? — спросил он."

"— Мистер Прист, «Валькирия» в рекламе не нуждается, — Кристофер, улыбаясь, смотрел на Дару. — Вся реклама — попытка сбыть негодный товар. «Валькирия» пойдёт по России из рук в руки, без фирменных магазинов и торговых палаток. Она пойдёт, как таинственная женщина, которую желают все и все провожают жадными взглядами. Вы слышали о таком продукте, как гербалайф? Это основанное на травах сбалансированное питание. Нет, мы не имеем отношения к Марку Хьюзу и его гербалайфу, но давно и пристально наблюдаем за его опытом, должен сказать, весьма полезным для нас. Нравится его идея, размах и напор. «Валькирия» обольстит Россию таким же путём, но более стремительным, ибо имеет другие качества и очень низкую цену. Мы не имеем намерений зарабатывать на этом миллиарды. Пусть дистрибьютеры получат продукт бесплатно и продают по цене, установленной нами, пусть они зарабатывают себе на жизнь. А отсюда, из России, «Валькирия» отправится завоёвывать мир.

Мамонт прислушивался к собственному состоянию. Сначала по телу разошлось благодатное тепло, затем в суставах и крупных мышцах спины появилась лёгкая и тоже приятная ломота, как после хорошего сна. Хотелось потянуться, размяться интенсивными движениями: во всём теле ощущалась лёгкость. Наконец, в солнечном сплетении и спинном мозге возник какой-то весёлый, пузырящийся, как шампанское, жар.

— Почему начали с России? — спросил Мамонт. — Ваш напиток имел бы успех на Западе.

— Только из гуманных соображений! — мгновенно ответил Кристофер. — Запад сыт тем, что имеет. Россия голодна, измучена режимами, идеологиями. «Валькирия» — это глоток свободы. Пусть русские испытают её, они заслуживают её в мученической жизни.

— Возможно, вы великий гуманист, — предположил Мамонт. — Но в России понятие «свобода» не значит находиться в некоем состоянии эйфории бездумной жизни.

— Да, возможно, — согласился он. — Вы правы, я плохо знаю нынешние нравы узкого круга лиц, которые называют себя бизнесменами, предпринимателями. В их обществе много людей, которые не уважают закон, почитают первобытные отношения силы… Они — не Россия, эти новые русские. А ту, настоящую Россию, мистер Прист, я знаю довольно хорошо, поскольку давно занимаюсь проблемами русского этноса.