Сокровища Валькирии. Книги 1-7

— Ждите, подъеду…"

"Он в наглую перестроился в правый ряд и, не дожидаясь светофора, выехал на Сретенку. У булочной остановился, чуть не уткнувшись в задний бампер «жигулёнка». Не спеша вышел из машины. Старший группы выскочил навстречу.

— Заметил что-нибудь сейчас на перекрёстке? — спросил Арчеладзе.

— Нет, — краснея, выдавил тот. — Мы повернули… А вы…

Арчеладзе не помнил фамилии старшего группы, да и не должен был помнить. Взял его за рукав, подвёл к своей машине, ткнул пальцем:

— На, смотри.

Парень побледнел, кадык на его тонком горле двинулся, как челнок, и замер.

— Какой у тебя позывной?

— Двадцать второй…

Он не ожидал удара и потому кувырком покатился по тротуару. Арчеладзе подождал, когда старший группы встанет на четвереньки, и пнул его голову, как футбольный мяч. Парень опрокинулся на бок и снова начал подниматься…

И тут полковник понял, что если не остановится в это мгновение, то убьёт его.

Прохожие шарахнулись в стороны. До ушей донеслось:

— Мафиозные разборки!..

Арчеладзе спокойно сел в свою машину и медленно поехал в отдел.

Гранату он принёс в свой кабинет и положил на стол. Рука потянулась к кнопке селекторной связи с лабораторией, однако он нажал другую — вызвал помощника.

— Доложи обстановку, — сдерживаясь, попросил он.

— Воробьёв задание выполнил, направляется в отдел.

— Кому Нигрей передал наблюдение за вишневым «Москвичом»? — перебил его полковник.

— Группе Локтионова.

— Немедленно свяжись, выясни, что у них…

— Есть!

— Погоди. Что на Рокотова?

— Всё по-прежнему.

— Иностранца установили?

— Пока нет, работают.

— В гранатах разбираешься?

— В этой разберусь, — помощник кивнул на гранату.

— Возьми и сам проверь, пустая она или заряженная, — приказал Арчеладзе. — Мне пока этого хватит. Только сам. Доложишь мне домой, по телефону спецсвязи. И обстановку доложишь… Я поехал домой.

— Воробьёв хотел к вам, товарищ полковник.

— Пошли его на… кошкодава, — меланхолично сказал Арчеладзе. — У кого позывной «Двадцать два» из наружки?

— У группы Редутинского.

— Подготовь документы на увольнение всей группы. Профнепригодность.

— Есть.

Полковник забывчиво похлопал по карманам, затем, вспомнив, взял пистолет «ПСМ» из ящика стола.

— Хотя нет, погоди… Пусть ещё поработают. Всё, я — домой.

…А дома было пусто, пыльно и тихо. У Зямщица в пустой квартире сидел хоть кот; тут же, кроме нескольких осенних мух на кухонном окне, — ни души…

Полковник принял душ, после которого обрядился в пижаму и стал готовить ужин. С женой он разошёлся ещё до Чернобыля, как только на подобные вещи в КГБ стали смотреть сквозь пальцы и это перестало отражаться на карьере. А после Чернобыля женщины вообще не бывали в этом доме.