Сокровища Валькирии. Книги 1-7

Он никогда не мог предположить, что ему придётся ещё и воевать, хотя он почти двадцать лет носил погоны и был военным человеком. Причём воевать со своими, говорящими на одном языке и разве что живущими по иным законам и правилам. Можно было представить, кем бы стал этот генерал, завладей он золотом, а значит, и властью.

Вся прошлая жизнь до сегодняшнего утра ему уже казалась призрачной, беззаботно-ребячьей, когда можно было пусть и с радиомаяком, но свободно ходить по земле, загорать на песке под солнцем…

Правда, и тогда приходилось оглядываться…

Повинуюсь року!

Он выехал на мёртвую дорогу и остановился, как витязь на распутье. Если ехать направо, можно добраться до посёлка Вая, что с древне-арийского можно было перевести как «кричащая»; налево была знакомая уже Кошгара, гора, набитая сокровищами… Следовало искать третий путь — в горы, к вершинам хребта «Стоящего у солнца».

Через двенадцать километров он отыскал всё-таки отвороток с мёртвой дороги. Зарастающий молодым ельником, едва видимый просёлок уходил куда-то к водоразделу истоков рек северного и южного направлений. У него не было ни карты, ни компаса, ориентироваться приходилось лишь по солнцу. Но через восемь километров дорога опять упёрлась в стену. Впереди был карьер: видимо, отсюда возили щебень для отсыпки полотна.

Он не стал больше испытывать судьбу и искать пути, чтобы проехать на машине. Въехал в карьер, напоминающий огромную воронку или метеоритный лунный кратер, подогнал «Ниву» вплотную к живой, дышащей осыпи. Взял всё, что могло пригодиться в пути: автомат с запасными магазинами, три гранаты, коробок спичек и литровый китайский термос с остатками заплесневелой заварки. Ни продуктов, ни ножа или топора, ни куска верёвки. А надо пройти по горам более ста километров, перевалить хребет, ночевать среди скал без топлива, без пищи и тёплой одежды…

Он примотал изоляционной лентой к заряженной гранате ту, из которой вывернул запал, поднялся из карьера на гору и метнул этот снаряд в середину щебенистой осыпи. Взрывом стронуло сотни кубометров породы, котлован заполнился пылью. Когда она чуть улеглась, Русинов заглянул вниз: машина была похоронена надёжно. Через несколько часов влажный щебень подсохнет, и никому в голову не придёт, что там есть, под длинным, шевелящимся языком щебня…

Он уже поднялся на водораздел, когда услышал хлопающий гул вертолёта. Он крался над самым лесом, но тянул к Кошгаре, торчащей чуть правее по ходу движения Русинова. Он решил, что команда генерала Тарасова поднялась «в ружьё» и начала его розыск. Надо было выходить из этого района к хребту, где его наверняка искать не станут, ибо никому, кроме Ивана Сергеевича, не известно о его маршруте.