Сокровища Валькирии. Книги 1-7

Вторым ходом стало внезапное, непредсказуемое игроками появление старца Гедеона, с которым Хортов худо-бедно успел побеседовать и в результате вышел на самого Пронского. Скорее всего, схимонах не захотел ни с кем больше разговаривать и поплатился жизнью."

"Андрею же была уготована иная судьба, плачевная: то, что сообщил Кужелев, не подлежало сомнению. И сработает в тот момент, когда станет известно о его поездке в Симферополь и контакте с Пронским.

Такое ощущение, что за эти бумаги сцепились между собой две или даже три какие-то организации, некие кланы, по значимости не уступающие друг другу, и если они используют в схватке вещества и приемы секретных спецслужб, журналистов, прослушивание и газеты, значит, борьба идет на солидных коврах. Только одним нужна гласность, другим — полное молчание, и всех разговорчивых они просто убирают.

Размышляя так, Хортов чувствовал внутреннее физическое противление и одновременно предательское, подзуживающее любопытство. Надо было раз и навсегда отречься от этой темы, уйти в подполье, уехать куда-нибудь, чтобы те, кто угрожает по телефону, не начали действовать.

Даже если он когда-нибудь вырвется из психушки, то выданный в эфир ролик с интервью поставит точку во всякой карьере.

Сейчас не то время, когда из клиник выпускали больных и делали из Них мучеников и национальных героев.

Андрей приехал домой, поставил машину в «ракушку», намереваясь прежде всего просто выспаться, а потом уж принимать какие-то решения: он еще не отошел от бессонной ночи в компании Пронского. Пока он мылся под душем, дважды кто-то прорывался по квартирному телефону, но когда вышел из ванной комнаты, ожил и мобильный. Хортов покосился на гардину, взял трубку и, вернувшись в ванную, включил воду.

— Господин Хортов? Я рад вас слышать, — это был адвокат Кацнельсона. — Я слышал, у вас большие неприятности.

— Ничего подобного, у меня все идет по плану, — не сразу и казенно отозвался Андрей.

— Как же, а смерть схимонаха Гедеона? Вы знаете, он умер насильственной смертью, как и Лев Кацнельсон.

— Да, сообщили.

— А теперь угрожают вам.

Его знания и уверенность насторожили Хортова. Адвокат тут же его отвлек.

— Что там у вас шумит? Идет фон, будто льется вода.

— Моюсь.

— А, с дороги, — будто вспомнил он. — Святое дело.

— Я не занимаюсь этой темой, и вообще уволился из редакции, — сказал Андрей то, что пришло в голову.

— Вот и хорошо. У меня будет к вам деловое предложение. Смоете пыль и приезжайте.

Он считал адвоката мелкой сошкой в этом деле. Бизин хотел тихо и мирно продать акции правительству, так сказать, совершить патриотический акт, получить денежки и, поделив их со стариком и его семьей, отбыть назад, в Канаду.