Сокровища Валькирии. Книги 1-7

— Они что там, занимаются убийствами?

— Сказать честно, никто толком не знает, чем они там занимаются.

— Даже вы?

— И спецпрокуратура в том числе.

Хортов ощущал два отрицающих друг друга чувства — неясный, щемящий страх и неуемную, детскую радость.

— Леша, ты на меня не обидишься? — спросил он.

— С чего ради? — Скорята отпаивался минералкой, как травленый таракан.

— Извини, но я знаю, за что убили Кацнельсона и почему дело отобрали.

— Ну?..

— Старика убили и выгребли из тайника под обоями ценные бумаги. Немецкого происхождения, двадцатых годов.

Глаза у Скоряты стали тяжелыми и водянистыми.

— Андрюха, если ты так будешь себя вести… Ничего больше не получишь. Ты не меня даже подставишь, а моего человека! Если уже не подставил… Мы договаривались — только открытая информация. И строго дозированная.

— А это что? Закрытая?

— Не имеет значения.

— Но ты же мне не говорил о ценных бумагах! Тогда откуда я знаю про них?

— Откуда?

Хортов вновь показал визитку.

— Отсюда."

"На сей раз Скорята тщательно переписал с карточки все данные, однако потом махнул рукой.

— Наплевать… Дело уйдет от нас. Пусть там чешутся, а с меня как с гуся вода… Но ты все равно об этом ни строчки, понял?

— И не собираюсь, Леша, — примирительно сказал Хортов. — Мог бы не предупреждать.

— А почему это вдруг? Дело-то интересное, особенно для бульварной газеты, в которую ты нанялся.

— Но-но, осторожнее!

— Нет, а что ты писать не хочешь? Сейчас вся пресса смакует таинственные убийства, ограбления, налеты…

— Знаешь, здесь уже идет чистый детектив, а это мне не интересно.

— Врешь! Ой, врешь!

— Не хочу смаковать криминальные истории, политические разборки, секретные операции. Что-нибудь про жизнь, про тайны и страсти человеческие. Первый материал о судьбе Кацнельсона — это как раз то, что надо. Но Стрижак оказался не то чтобы трусливым…

— Стрижак оказался законопослушным и сообразительным парнем, — перебил его Скорята. — И хозяин газеты тоже. А вот третья новость, Андрюха, самая неприятная: твой опус про смерть старого… лица публикации не подлежит. Меня предупредили, понимаешь? В приватной беседе… Ни в каком виде. И я тебе информации о нем не давал.

— Я получил ее от Кужелева. Он сидит крепко и ничего не боится.

— И вообще, я чую… Что-то происходит неприятное, шевеление какое-то, игра в жмурки… Лучше об этой истории ни слова.

— А господин Бизин ждет не только первую, но уже и вторую. Иначе ему тоже чем-нибудь в глаз набрызгают. Большие деньги предлагал…

— Обойдешься…

— И сын Кацнельсона ждет публикацию, — вспомнил Хортов. — Хочет вернуть национальность и главное — фамилию.

— Ничего, и он обойдется! А этот адвокат еще нас с тобой переживет.

Хортов отобрал бутылку и допил остатки воды.