Сокровища Валькирии. Книги 1-7

Дня три ещё ничего, а больше месяца — ни в коем случае.

— Это ещё почему? — изумился Зимогор.

— Они потом не смогут управлять страной. Да и вообще… У меня свой взгляд на такие вещи. Здесь он или… заболеет, как наш компьютерщик, или… Короче, счастливый человек вообще не годится для власти. — Он вскинул глаза и отвернулся. — Здесь, понимаете… Энергия такая!.. Неподходящее место для президентов.

* * *Надо было срочно разыскать Конырева, вручить ему солонку с песком и отправлять в Москву поездом: в самолёте спецконтроль да и опасно лететь с таким грузом. А уже вечерело, солнце закатывалось за дальний борт котловины, отмеченный гольцами и над самой Манораей светилось несколько перекрещенных радуг. Зимогор побродил возле участка, даже покричал Славку, и только потом вспомнил, что тот собирался идти в какой-то лабиринт.

Возле командирского вагончика дорогу заступил часовой с автоматом.

— Входить запрещено! У меня приказ!

Зимогор подошёл к нему вплотную.

— Ну-ка, служивый, покажи, как ты недавно плясал? Ружьишко бросил и встал в хоровод? Покажи, не стесняйся! Или тоже приказ — не плясать?

Часовой безмолвно пропустил его в вагончик, но сказал кому-то невидимому:

— Так и знал, вломят… Ну козлы!

Перцев оказался на месте, несмотря на ранний вечер, почему-то лежал в постели. Рядом стоял санинструктор с лицом упёртого и виноватого мальчишки.

Лейтенант недружелюбно глянул на Зимогора, приподнял голову, готовый и ему сделать выговор, однако вовремя опомнился и отвернулся.

— Ты куда отправил моего гостя? — спросил Олег по-свойски и дружелюбно.

— Не знаю, никаких гостей, — пробурчал Перцев в стену.

— Как же? А с кем ты фуражками поменялся?

Он посмотрел на Олега долгим, болезненно-тяжёлым взглядом.

— Ищи его в лабиринте.

— Сначала бы найти этот лабиринт…

— Спустись в Манораю и иди строго по Млечному Пути. Ты же умеешь ходить по звёздам.

— Ну что? Он тоже с похмелья? — спросил Олег медбрата. — Или другой диагноз?

— Не знаю, — протянул тот. — Температура тридцать девять и семь. А в больницу никак…

Зимогор приподнял одеяло: бедро правой ноги туго перетянуто бинтом. Перцев потел, стискивал зубы, молчал, стесняясь своего положения.

— Зачем тугую повязку наложил?

— Положено… Командир сказал, мышцу в детстве порвал. А при порывах мышц — тугая повязка…

— Он в детстве её порвал! В детстве, а не вчера. Ну-ка, развязывай!

Санинструктор завертел головой, глядя то на лейтенанта, то на Зимогора.

— Снимай, — приказал Зимогор.

— В больницу не поеду! — заявил Перцев, однако медбрату не противился.

Под бинтом оказалась огромная лиловая опухоль, и в центре её — твёрдый, выпирающий сквозь кожу желвак величиной с грецкий орех.