Сокровища Валькирии. Книги 1-7

Сами накликали на себя несчастье. От Божьего гнева сетями не прикроетесь. Ждите теперь беды во всём, за что бы ни взялись. А лично у меня будут большие неприятности и на службе, и дома. Уйдёт жена, повесится любимая собака…

— И что? — поторопил Зимогор. — Ушла жена?

Начальник партии хотел плюнуть сквозь стиснутые зубы, но клейкая слюна повисла на подбородке.

— Ушла, — утёрся. — И все вещи вывезла из квартиры! Сесть не на что!.. И собака погибла. Хотел ведь с собой сюда увезти — не дала… Она, стерва, привязала её на короткую, а крыльцо высокое. Фокс мой протиснулся между балясин, сорвался вниз и повесился на ошейнике… Я ещё об этом не знал. Сначала авария на скважине случилась, сразу на следующее утро. Вечером я обнаружил подмену керна. И только ночью спирт появился… Потом сопоставил даты — всё в один день сбылось!"

"— Ты что, тоже иностранный знаешь?

— Я-то так, один немецкий со словарём… Летеха много языков знает. Перцев, — начальник партии махнул в сторону караульного вагончика.

— Откуда советский лейтенант может знать много языков?

— Да хрен знает, откуда!.. Если откровенно, он и сам не знает, откуда знает…

— Ну-ну, продолжай!

— Чего продолжать! Нашло на него… И сейчас чешет на двух десятках, как полиглот, и сам диву даётся… Даже древнегреческий в совершенстве! И ещё один древний какой-то… Сам не знает, какой. Вроде бы скифский или шумерский, что ли…

— Ещё на кого нашло? — осторожно спросил Зимогор.

— На меня ещё, будто затмение… Да и на всех тоже.

— Отчего — затмение?

— Не знаю… Должно быть, оттого, что мальчишка по лбу постучал, — неохотно и в сторону пробурчал Ячменный. — До сих пор его палец чую…

— Каждому, что ли, постучал? — вытягивал ему жилы Зимогор.

— Нет, только мне… Но потом начался какой-то провал памяти… У всех… Хотя не все признаются. Так и не известно, прошла эта процессия через наш участок или нет… Одни говорят, не проходила, другие вроде видели… Глаза у него были какие-то… гневные. Или нет, грозные!

— У кого — у него?

— Да у пацана!.. Не по возрасту такие глаза. Гипноз или хрен знает…

Зимогор бросил окурок и пошёл к избушке начальника партии. Тот же запер кернохранилище, опечатал и побежал догонять. По дороге запнулся обо что-то и, будто афишная тумба, с грохотом рухнул на землю. В тот же миг рядом с ним появился лейтенант в фуражке, подал руку, что-то сказал, однако Ячменный не принял помощи, встал сам, с руганью и матюгами, отряхнул грязь с плащ-накидки. Лейтенант сказал ещё что-то и похромал к своим вагончикам, то и дело оглядываясь на Зимогора.

Через несколько метров начальник партии снова завалился, теперь на спину, поскользнувшись на мокрой траве.

— Что-то тебя, брат, земля не держит, — усмехнулся Зимогор, жалея его, однако Ячменный принял это за издевательство.