Сокровища Валькирии. Книги 1-7

"

"Святослав Людвигович взглянул на него иными глазами и вместо скрытого упрямства увидел нечто иное. Это не имело ничего общего с душевной болезнью; такой свинцовый отблеск появляется в глазах у совершенно здоровых людей и называется одержимостью.

— Откуда вам стало известно о моих работах? — жёстко спросил он.

— От своего приятеля, как говорят, из неофициальных источников.

— Кто ваш приятель?

— Слава… Станислав Конырев. Он тоже геолог по образованию, но сейчас торгует бензином, строит автозаправки по Московской области.

— А он откуда знает?

— Конырев знает всё… За счёт своих связей. Вернее, знал. Теперь у него большие проблемы, его Эксперт… в общем, тяжело заболел. Впрочем, и сам Шейх больше не нуждается в информации…

Академик понял, что толку не добиться, да и в общем-то было не особенно важно, каким образом этот одержимый Зимогор узнал о его давнем и почти тайном увлечении. Несколько месяцев назад у него побывал ещё один одержимый — волею судьбы журналист Сергей Опарин, который тоже пришёл спросить о родине человечества. И можно было сделать двоякий вывод: либо созрела ситуация, если совершенно разные люди вдруг бросились искать эту родину, либо он сам становится центром притяжения определённого сорта людей, которых нельзя назвать больными, но и нормальными не назовёшь с точки зрения сегодняшнего меркантильного рыночного времени.

Он сам был таким, однако в отличие от других, умудрённый возрастом, осознавал своё состояние.

— Зачем вам родина человечества, молодой человек? — спросил он точно так же, как спрашивал журналиста.

— Мне?.. Мне она, если откровенно, не очень-то и нужна. Нет, конечно, всё это любопытно, только я никогда не ставил задачи, не занимался… Её искали вы. А я случайно… или не случайно, открыл, вернее, обнаружил эту родину.

— Ездили в Балганский кратер? Или там работаете?

— Нет, не ездил, и на Таймыре никогда не бывал. А что, вы считаете, родина человечества там?

Академик посмотрел на него, как на обнаглевшего студента.

— А вы с этим не согласны?

Зимогор смутился, почувствовав жёсткость собеседника, и, вероятно, от этого только усугубил положение.

— Я исхожу из фактов… Из реальных фактов, имевших место. Вы открыли на Таймыре алмазы космического происхождения, уникальное, богатейшее месторождение. Построили там город… Ведь это ещё не доказательство, что именно в этом кратере возникла разумная жизнь. Алмазы — да, их можно пощупать руками… Но даже они возникли… образовались из земного материала, из графитосодержащих гнейсов. Там нет ничего такого, что бы указывало на возникновение разумной жизни.

Он слушал весь этот лепет и чувствовал, как теряет терпение.