Сокровища Валькирии. Книги 1-7

А мы в этом — профаны, даже толком не поставим вопросов на допросе. О чём их пытать?.. Глупо, нелепо… Покажем свою полную неосведомлённость. А они связаны с вещами тонкими…

— У нас стрел к арбалету хватит, — заверил Воробьёв.

— Стрел много — ума мало, брат…

— Так что, взять вот так и отдать?

— Другого выхода нет, Владимир Васильевич. Мы своё дело сделали. Пусть теперь они работают.

— Я ему не верю! — вдруг заявил «грибник». — Когда увидел эту женщину… ну, там, на нейтралке… Поверил. А этому… Знаешь, Никанорыч, когда я стал показывать пленных, этот дед с исколотой задницей с ним переглянулся. Как будто знакомы.

— Так, так! — оживился Арчеладзе. — Что ещё заметил?

— Да больше ничего, но интуиция…

— Плевать на твою интуицию, что заметил?!

— Со стариком переглянулись. Быстро так и не случайно… Старик будто бы ожил.

— Этого мало!

— Лиха беда — начало…

— Что ты предлагаешь?

— Пленных пока ни в коем случае не передавать! — отрезал Воробьёв. — А этого парня… посадить под замок где-нибудь в закутке и подержать день-другой, посмотреть на реакцию и поведение. Может, ещё кого принесёт нелёгкая, если посланец из будущего не вернётся вовремя. Очень уж он торопится.

— Ты понимаешь, что держать эту ораву из «Арвоха» опасно? — спросил Арчеладзе, внутренне соглашаясь с доводами товарища. — Если ещё схватить посланца… не дай Бог, он окажется тоже из этой команды, — обсерваторию начнут шерстить в первую очередь. Нам с таким объёмным грузом не уйти. Не дадут они нам посидеть спокойно день-другой.

Воробьёв сел рядом на кровать, взглянул сбоку, как на чужого.

— Давно хочу поговорить с тобой, Никанорыч… Что-то я перестал тебя понимать. Конечно, ты старый темнила. Но это ладно, если для дела требуется… У меня такое ощущение, что ты и сам не знаешь, что происходит вокруг, что предпринимать. Ты стал какой-то зависимый, хуже, чем во времена существования спецотдела. Над тобой и здесь сидит «папа»?

— Здесь надо мной «мама» сидит, — грустно сострил полковник.

— Где же она?

— Жду.

— Странная шутка, Никанорыч… Ждал «маму» — пришёл «папа». Ты сам-то вообще что-нибудь понимаешь? Тебе не кажется, что нас втравили в какую-то тёмную игру на Балканах?

— Да, игра в самом деле тёмная, — согласился он. — Но оттого, что сами мы тёмные и почти ничего не понимаем. Два года гонялись за золотом, которое не исчезало, теперь за неким «духом мёртвых», за «Арвохом». Получается, как в сказке: пойди туда, не знаю куда; принеси то, не знаю что. Но Карна обещала, что придёт Авега и принесёт соль Знаний.

— Карна, надо полагать, это и есть «мама»? Это она затащила нас в Боснию?

— Нет, совсем другой человек… — Арчеладзе неожиданно вскочил. — Вспомнил! Вспомнил, где видел!

Воробьёв отпрянул, посмотрел, как на блаженного.