Академия проклятий. Книги 1 - 7 (СИ)

— Она безродная! — не сдерживая гнев, орала женщина. — И северянка! И магия, Риан, хоть магия у нее есть?

У меня от такого крика уши заложило, но это мелочи, а вот слезы, внезапно закрывшие обзор, совсем не обрадовали. Медленно развернувшись, я спустилась на одну ступеньку вниз, затем еще на одну, потом услышала:

— Риан, ты мой единственный сын! Ты мой наследник! Ты продолжение рода, которому более трех тысяч лет! И ты моя гордость! Я всегда была на твоей стороне, Риан. Ты пошел учиться, несмотря на принятое в наших кругах обучение на дому, презрев предложение императора обучаться с кронпринцем. Я тебя поддержала! И даже после твоего провала с Венцом Всевластия я единственная в семье не осудила тебя!

Я так и замерла на второй ступеньке, с горечью понимая: мои опасения не были напрасны, я действительно совсем не пара лорду-директору… И если он готов закрыть глаза на это, то для его семьи я всегда буду безродной человечкой, даже магией не обладающей.

Вдруг передо мной возникло сияние, сгустившееся в возрожденный дух смерти. Дара демонстративно сложила руки на груди и явно собиралась высказать все, что думает, по поводу моего исчезновения, но тут из дома донеслось:

— Я никогда не дам согласия на брак с этой безродной девкой, Риан! Никогда, слышишь!

И Дара руки опустила и на меня растерянно посмотрела, а я едва слышно прошептала:

— В моей жизни и хуже моменты бывали, правда. Не говори лорду-директору, что я вернулась… не надо.

Когда я пришла в общежитие, не знаю, откуда текло больше, из глаз или из носа. Просто как-то совпало, что и на душе сумрачно, и физически все тело ломит.

А в коридоре меня поджидала леди Орис. Но пока я к ней шла, преподавательница становилась все менее злой и все более встревоженной. В результате, когда я остановилась в шаге от нее, Орис мрачно вынесла вердикт:

— Все-таки несчастная любовь… Иди реветь в подушку, Риате, и помни мою доброту.

— Спасибо, — сипло сказала я и пошла следовать учительскому совету.

— Предупрежу Верис, чтобы освободила тебя от вечернего построения, — решила быть совсем уж доброй леди Орис. — А ты сходила бы к лекарю, Риате.

И, не дожидаясь заслуженной благодарности, преподаватель ушла в свою комнату. Я же добрела до своей, вошла и поняла, что сил нет ни на что. Но так только казалось. Я нашла силы и на то, чтобы согреться под горячими струями в душе, и на то, чтобы сделать домашнее задание. Я даже сходила в столовую на ужин и заставила себя поесть.

А после, сжавшись в комочек под одеялом, потому что знобило все сильнее, я достала медальон и, зажав его в руке, постаралась не плакать.