Хроника убийцы короля [3 книги]

 — Сердитый? — он снова постучал меня по сердцу. Потом сделал испуганное лицо, смущенное, выпятил губу в дурацкой обиженной гримасе. Каждый раз он постукивал меня по груди.

— Смех — нет!

Он прижал ладонь к моему животу.

— Смех живет тут.

Он провел пальцем от живота к моему рту и растопырил пальцы.

— Сдерживать смех — нехорошо. Вредно.

— И плач тоже? — спросил я. И изобразил пальцем невидимую слезу, стекающую по щеке.

— И плач тоже.

Он положил ладонь себе на живот.

— Ха-ха-ха! — сказал он, демонстрируя мне, как движется брюшной пресс. Потом сделал печальное лицо. — Хнык, хнык, хнык! — он сотрясался от преувеличенных рыданий, держа ладонь на животе. — То же место. Вредно сдерживать.

Я медленно кивнул, пытаясь представить себе, каково Темпи жить в окружении людей, слишком грубых, чтобы не демонстрировать окружающим выражение своего лица. Людей, чьи руки постоянно делают жесты, которые ничего не значат.

— Тяжело тебе, наверно, тут, у нас.

— Не так тяжело.

Преуменьшение.

— Когда я уходить из Адемре, я это знать. Нет культура. Варвары грубые.

— Варвары?

Он развел руками, указывая на поляну, на лес, на весь Винтас.

— Тут все — как собаки.

Он изобразил гротескно преувеличенную ярость: оскалил зубы, зарычал и выпучил глаза.

— Вы не знать другое.

Он небрежно пожал плечами, как бы говоря, что не ставит это нам в вину.

— А как же дети? — спросил я. — Дети улыбаются прежде, чем научатся говорить. Это плохо?

Темпи покачал головой.

— Дети все варвары. Все улыбаются лицом. Все дети грубый. Но они стать большой. Смотреть. Учиться.

Он умолк, задумался, подбирая слова.

— У варваров нет женщина, нет учить их культура. Варвары не могут учиться.

Я понимал, что он не хотел меня обидеть, но это лишний раз укрепило мою решимость выучить жестовый язык адемов.

Темпи встал и принялся разминаться, делая растяжку наподобие той, которую делали акробаты у нас в труппе. Потянувшись так минут пятнадцать, он начал свою медленную, похожую на танец пантомиму. Это называется ""кетан"", хотя тогда я этого не знал.

Я все еще чувствовал себя уязвленным замечанием Темпи насчет того, что варвары, мол, не могут учиться, и решил, что начну повторять его движения. В конце концов, делать все равно было больше нечего.

Начав подражать ему, я обнаружил, что эти упражнения дьявольски сложные: складывать руки надо именно так, а не эдак, ноги ставить непременно под нужным углом, на нужном расстоянии. Несмотря на то что Темпи двигался со скоростью улитки, я понял, что не могу выполнять эти движения с тем же плавным изяществом. Темпи ни разу не остановился и не взглянул в мою сторону, не сказал ни единого одобрительного слова и ничего не посоветовал.

Упражнения были утомительные, и я обрадовался, когда они наконец закончились.