Хроника убийцы короля [3 книги]
- Автор:Патрик Ротфусс
- Раздел:Черновики
О книге «Хроника убийцы короля [3 книги]»
Читать «Хроника убийцы короля [3 книги]» онлайн бесплатно
""Фреахт""!
— ""Фреахт"", — старательно повторил я.
— Нет, — твердо возразил он. — ""Фреахт"" — это…
Он оскалил зубы и подвигал челюстью, как будто что-то кусал.
— А это — ""фреахт""!
И он ударил кулаком по ладони.
— ""Фреахт""… — повторил я.
— Нет!
Я был изумлен тем, какое презрение слышалось в его голосе.
— ""Фреахт""!
Щеки у меня вспыхнули.
— Да я же так и говорю! ""Фреахт""! ""Фреахт""! ""Фре…""
Темпи протянул руку и отвесил мне затрещину. Так же, как давеча Дедану. Как делал мой отец, когда я начинал неприлично себя вести на людях. Это было не больно, просто неожиданно. Со мной уже никто много лет такого не поступал.
А самым неожиданным было то, что я даже не заметил, как он это сделал. Движение было плавным, ленивым и более стремительным, чем щелчок пальцами. Он, похоже, не хотел меня обидеть или оскорбить. Он просто стремился привлечь мое внимание.
Он поднял свои светлые волосы и указал пальцем на ухо.
— Слушай! — твердо сказал он. — ""Фреахт""!
Он снова оскалил зубы и щелкнул ими.
— ""Фреахт""! — он показал кулак. — ""Фреахт""! ""Фреахт"".
И тут я услышал. Дело было не в звуках самого слова, а в изменении тона голоса.
— ""Фреахт""? — переспросил я.
Он одарил меня короткой улыбкой.
— Да. Молодец.
И мне пришлось начать сначала и заново выучить все слова, обращая внимание на тон. Я ведь прежде этого не слышал, просто повторял за Темпи, воспроизводя его интонацию. Мало-помалу я выяснил, что каждое слово может иметь несколько разных значений в зависимости от тона, с каким произносятся входящие в него гласные.
Я выучил нужнейшие фразы — ""Что это значит?"", ""Повторите помедленнее!"" и еще пару десятков слов — ""драться"", ""смотри"", ""меч"", ""рука"", ""танец"". Чтобы объяснить последнее слово, мне пришлось разыграть такую сцену, что под конец мы оба покатились от хохота."
"Это было захватывающе. То, что у каждого слова имеется свой тон, означало, что в самом языке присутствует своего рода музыка. Я поневоле задался вопросом…
— Темпи! — спросил я. — А какие песни вы поете?
Он непонимающе уставился на меня. Я подумал — может, он не понимает абстрактных вопросов?
— Спой мне адемскую песню!
— Что есть ""песня""? — спросил он. За последний час Темпи усвоил вдвое больше слов, чем я сам.
Я прокашлялся и запел:
Малютка Дженни босикомГуляла вслед за ветерком,Просила Джен у ветеркаПослать ей милого дружка.На шляпке перья у нее,А в пальцах дудочка поет,Уста ее сладки как мед,Язык же спуску не дает!Когда я запел, глаза у Темпи расширились. Он уставился на меня как завороженный.
— Ну а ты? — сказал я, ткнув его в грудь. — Ты можешь спеть адемскую песню?
Он густо залился краской, и на его лице отразилось сразу множество неприкрытых чувств: ошеломление, ужас, смятение, шок, отвращение.





