Хроника убийцы короля [3 книги]

— Как ты думаешь, Джеймисон в это время еще у себя?

— Сим, — сказал я, — давай обождем, а?

— Обождем? — спросил Симмон. — Зачем?

— У меня же нет никаких доказательств, кроме этих повреждений, — сказал я. — А это значит, что кому-то в медике придется меня осмотреть. А тогда…

Я, не переставая зажимать рану на руке, подвигал перевязанным локтем.

— Я подозрительно похож на человека, который третьего дня свалился с крыши!

Сим плюхнулся обратно на кровать.

— А что, только три дня прошло, да?

Я кивнул.

— Меня же вышибут. И еще у Молы будут неприятности из-за того, что она не упомянула о моих травмах. Магистр Арвил такого не прощает. Еще, чего доброго, и вы двое окажетесь замешаны. Только этого мне не хватало!

Мы помолчали. Единственным звуком был доносившийся снизу гам из общего зала.

— Имеет ли смысл обсуждать, чьих рук это дело? — спросил Сим.

— Амброзовых, — сказал я. — Снова Амброз! Думаю, он нашел следы моей крови на куске черепицы. Мне давно следовало об этом подумать.

— А откуда он может знать, что это твоя кровь? — спросил Симмон.

— Да потому, что я его ненавижу! — с горечью бросил я. — Конечно, он знает, что это был я!

Вил покачал головой.

— Нет. Это на него не похоже.

— Не похоже?! — переспросил Симмон. — Да ведь он же заставил ту женщину подсунуть Квоуту коринковый боб! Это ничем не лучше яда! И он же в прошлой четверти нанял тех головорезов, что напали на Квоута в переулке."

"— Я о чем и говорю, — сказал Вилем. — Амброз сам ничего Квоуту не делает. Он устраивает так, чтобы с ним что-то сделали другие. Он нашел женщину, которая подсунула боб. Он заплатил громилам, чтобы тебя пырнули ножом. И я не думаю, что хотя бы это он сделал самолично. Бьюсь об заклад, он заставил это сделать кого-то другого.

— Без разницы! — сказал я. — Мы же знаем, что за этим стоит он.

Вилем нахмурился.

— Ты мыслишь нелогично. Дело не в том, что Амброз не гад. Он, конечно, гад. Но он умный гад. Он тщательно дистанцируется от всего, что творит.

Сим задумался.

— А знаешь, Вил в чем-то прав. Вон, когда тебя наняли музыкантом в «Лошадь и четверку», он не стал сам покупать этот трактир, чтобы выгнать тебя. Он заставил это сделать зятя барона Петре. А он тут как бы и ни при чем.

— Так ведь и тут он как бы ни при чем, — возразил я. — В этом весь смысл симпатии. Это непрямое воздействие.

Вил снова покачал головой.

— Если тебя прирежут в глухом проулке, все будут шокированы. Но такое случается сплошь и рядом. А если ты прилюдно рухнешь на пол и начнешь истекать кровью из-за малефиция? Все придут в ужас. Магистры отменят занятия. Богатые купцы и аристократы прослышат об этом и заберут из Университета своих детей. Сюда явятся констебли из Имре…

Симмон потер лоб и задумчиво уставился в потолок.