Хроника убийцы короля [3 книги]

Она окинула взглядом косяк и вывеску.

— Про то, что тут можно скинуть наследство от дядюшки, нигде ничего не сказано.

— А я так и не узнал, что именно они означают, — признался я. Потом искоса взглянул на нее и спросил, стараясь, чтобы в моем тоне не слышалось ни излишнего любопытства, ни осуждения: — А ты откуда про такие вещи знаешь?

— В книжке вычитала, чё ли! — ехидно ответила она. — Сам-то как думаешь?

Она пошла дальше. Я догнал ее и пошел рядом.

— Я обычно не вдовушку изображаю, — сказала Денна как бы между прочим. — Молода я для вдовушки. Я говорю, что это кольцо моей матери. Или бабушки.

Она пожала плечами.

— Каждый раз говоришь то, что в данный момент будет звучать убедительнее.

— Ну а если мужик честный попадется? — спросил я. — Что, если он честно явится в полдень, собираясь помочь?"

"— Ой, такое нечасто случается! — усмехнулась она. — Со мной это только раз было. Ситуация совершенно застала меня врасплох. Теперь-то я всегда заранее с ломбардщиком договариваюсь, просто на всякий случай. Развести какого-нибудь жадного ублюдка, который пытается воспользоваться несчастьем девушки, — милое дело. Но я не собираюсь брать деньги у человека, который честно хочет помочь.

Ее лицо сделалось жестким.

— В отличие от той сучки, которая повстречалась Джеффри!

— Он-то, конечно, явился в полдень?

— Ну еще бы! — сказала Денна. — Пришел и отдал ей деньги. «Нет-нет, сударыня, не надо мне их возвращать! Вам же надо спасти вашу родовую ферму!»

Денна провела руками по волосам, посмотрела на небо.

— Ферму! Чушь какая! Ну откуда у крестьянки бриллиантовое ожерелье?

Она взглянула на меня.

— Почему самые славные парни всегда ведут себя с женщинами как придурки?

— Он благородный человек… — ответил я. — А просто взять и написать домой он не может?

— Да у него всегда были не лучшие отношения с семьей, — сказала Денна. — Тем более теперь. С последним письмом ему денег вообще не прислали, только сообщили, что его мать больна.

Какая-то нотка в ее голосе заставила меня насторожиться.

— И тяжело больна? — уточнил я.

— Ну да, — ответила Денна, не поднимая глаз. — Очень. А лошадь он, разумеется, уже продал, и на проезд на корабле у него денег тоже не осталось…

Она снова вздохнула.

— Прямо как в одной из этих кошмарных тейлинских драм. «Неверный путь» или что-то в этом духе.

— Ну, если так, все, что ему оставалось, это явиться в церковь в конце четвертого акта, — заметил я. — Он бы помолился, намотал на ус полученный урок и прожил остаток своих дней непорочным и добродетельным юношей.

— Посоветуйся он со мной, все могло бы быть иначе!

Она безнадежно махнула рукой.

— Но нет же, он приперся, когда все уже закончилось, и рассказал мне обо всем, что он натворил.