Хроника убийцы короля [3 книги]

Я проснулся на следующий день, чувствуя себя на удивление хорошо — особенно учитывая то, что спал я прямо в одежде, а мочевой пузырь, судя по ощущениям, раздулся до размеров арбуза.

Удача улыбнулась мне, подарив достаточно времени на еду и ванну, прежде чем меня отыскал один из рассыльных мальчишек Джеймисона. Через полчаса мне следовало явиться в Зал магистров и прокатиться на рогах.

Я и Амброз стояли перед магистерским столом. Он обвинил меня в злоупотреблении магией. В ответ я обвинил его в краже, уничтожении чужой собственности и «поведении, неподобающем члену арканума». После моего предыдущего опыта катания на рогах я ознакомился с «Рерум Кодекс», официальным уставом Университета. Я прочитал его дважды, чтобы получить полное представление о том, как здесь все заведено. А потом выучил его наизусть, как собственные руки.

К сожалению, теперь я точно знал, в какой беде оказался. Обвинение в злоупотреблении было очень серьезным. Если меня посчитают виновным в намеренном причинении вреда Амброзу, меня высекут и исключат из Университета.

Вряд ли кто-нибудь мог усомниться, что я причинил Амброзу вред: он был весь покрыт синяками и прихрамывал. Лоб украшала ослепительно алая ссадина. Рука покоилась на перевязи, но я не сомневался, что эту деталь он присочинил сам.

Кроме того, я не имел ни малейшего представления, что на самом деле произошло. Я не успел ни с кем поговорить, даже не успел поблагодарить Элодина за вчерашнюю помощь в кабинете у Килвина.

Магистры дали высказаться каждому из нас. Амброз демонстрировал наилучшие манеры, то есть говорил очень вежливо, когда вообще говорил. Через некоторое время я начал подозревать, что его медлительность может быть вызвана слишком большой дозой болеутоляющего. Взглянув на его чуть остекленевшие глаза, я предположил лауданум.

— Давайте разбираться с обвинениями по степени их тяжести, — сказал ректор после того, как мы изложили каждый свою сторону.

Магистр Хемме поднял руку, и ректор кивнул ему говорить.

— Прежде чем голосовать, надо объединить обвинения, — сказал Хемме. — Жалобы э'лира Квоута избыточны. Нельзя обвинить студента и в краже, и в уничтожении одной и той же собственности — или одно, или другое.

— Почему вы так считаете, магистр? — вежливо спросил я."

"— Кража подразумевает завладение чужой собственностью, — сказал Хемме рассудительным тоном. — Как можно владеть чем-либо, что ты уничтожил? Одно из двух обвинений должно быть снято.

Ректор посмотрел на меня.

— Э'лир Квоут, желаете ли вы снять одно из ваших обвинений?

— Нет, сэр.

— Тогда я требую голосования за снятие обвинения в краже, — сказал Хемме.

Ректор ожег его гневным взглядом за высказывание без очереди, потом снова повернулся ко мне.