Хроника убийцы короля [3 книги]

Он может приходить и уходить, когда ему вздумается. Ничего нельзя класть ему в пищу, если только он сам об этом не попросит. Я назначаю тебя ответственным за это, Тимоти Дженерой. — Элодин ткнул в грудь верзилы длинным пальцем. — Если я выясню, что Уина накачивали успокоительными или запирали, я прокачусь на тебе, голом, верхом по улицам Имре, как на маленьком розовом пони. — И еще раз гневно на того зыркнул. — Иди.

Парень исчез так быстро, как только мог, не срываясь на бег.

Элодин повернулся ко мне:

— Ты можешь войти, но не делай никакого шума и резких движений. Не говори, пока он с тобой не заговорит. Если заговорит, говори тихо. Понял?

Я кивнул, и Элодин открыл дверь.

Комната оказалась не такой, как я ожидал. Высокие окна пропускали солнечный свет, открывая приличных размеров кровать и стол со стульями. Стены, потолок и пол покрывала толстая белая ткань, поглощавшая даже слабые звуки из коридора. Одеяла с постели были сдернуты, и тощий мужчина лет тридцати сидел у стены, съежившись и завернувшись в них.

Элодин закрыл дверь, и перепуганный человек слегка вздрогнул.

— Уин? — сказал Элодин мягко, придвигаясь ближе. — Что случилось?

Альдер Уин осовело посмотрел на него. Тощий, как палка, он прятал голую грудь под одеялом, волосы его торчали в диком беспорядке, а круглые глаза были широко открыты. Он ответил тихим, слегка надтреснутым голосом:

— Я был в порядке. Я хорошо шел. Но все эти говорящие люди, собаки, булыжники… Я просто не могу быть там прямо сейчас.

Уин снова прижался к стене, и одеяло сползло с его костлявого плеча. Я был поражен, увидев свинцовый гильдер на его шее. Это человек, завершивший обучение и ставший арканистом.

Элодин кивнул:

— А почему ты на полу?

Уин посмотрел на кровать, в его глазах была паника.

— Я упаду, — сказал он тихо, в его голосе мешались ужас и смущение. — И там пружины и рейки. Гвозди.

— А как ты себя чувствуешь? — мягко спросил Элодин. — Хочешь вернуться со мной?

— Не-е-ет. — Уин издал безнадежный отчаянный крик, зажмурив глаза и плотнее завернувшись в одеяло. Тонкий пронзительный голос сделал его мольбу еще более душераздирающей, чем если бы он провыл это."

"— Прекрасно. Ты можешь остаться, — мягко сказал Элодин. — Я буду тебя навещать.

Уин открыл глаза, выглядел он взволнованным.

— Не приноси гром, — настойчиво сказал он. Он высвободил из-под одеяла тощую руку и схватил Элодина за рубашку. — Но мне нужен кошсвист, и синиз, и кости еще. — Его тон был настойчив. — Палаткости.

— Я принесу, — заверил его Элодин, знаком показывая мне выметаться из комнаты. Что я и сделал.

Элодин закрыл за нами дверь, его лицо было мрачно.

— Уин знал, куда лез, когда стал моим гиллером. — Он отвернулся и пошел по коридору. — А ты не знаешь. Ты ничего не знаешь об Университете.