Хроника убийцы короля [3 книги]

— У меня нитка порвалась на половине, — холодно отозвался я. — Да и работал я не в идеальных условиях.

Арвил помолчал секунду, теребя верхнюю губу пальцем и разглядывая меня прищуренными глазами.

— И что, ты получаешь удовольствие от такого дела? — с сомнением спросил он.

Я рассмеялся выражению его лица, но тут же оборвал смех, когда в спине вспыхнула боль.

— Нет, магистр. Я просто заботился о себе как мог.

Он продолжал смотреть на меня, все еще теребя нижнюю губу.

— Покажи, где порвалась нитка.

Я показал. Подобное не так легко забывается.

Он подверг старый шрам более тщательному осмотру и снова потрогал, прежде чем посмотреть на меня.

— Возможно, ты говоришь правду, — пожал он плечами. — Я не знаю. Но я бы решил, что если… — Он умолк и глянул пристально мне в глаза. Потом поднял руку и оттянул одно веко. — Посмотри вверх, — сказал он врачебным тоном.

Нахмурившись от того, что увидел, Арвил взял мою руку, сильно нажал на кончик ногтя и внимательно наблюдал секунду-другую. Его хмурость усугубилась, когда он, придвинувшись, взял меня за подбородок, открыл мне рот и понюхал.

— Тенназин? — спросил он и сам себе ответил: — Нет, конечно налрут. Я, наверное, старею, раз не заметил раньше. Это также объясняет, почему ты не залил кровью весь мой красивый чистый стол. — Он сурово посмотрел на меня: — Сколько?

Я не видел смысла сопротивляться:

— Два скрупула.

Арвил помолчал немного, затем посмотрел на меня. Через секунду он снял очки и яростно протер их обшлагом рукава. Водрузив их обратно, он посмотрел мне прямо в глаза:

— Нет ничего удивительного в том, что мальчик, боящийся порки, накачивается перед ней лекарствами. — Он внимательно посмотрел на меня. — Но почему если он так боится, то снимает рубашку перед поркой? — Арвил снова нахмурился: — Ты мне это объяснишь. Если ты лгал раньше, признайся, и все будет хорошо. Я знаю, как мальчишки любят сочинять дурацкие сказки.

Его глаза поблескивали за стеклами очков.

— Но если ты сейчас солжешь, то ни я, ни кто-либо из моих ребят не будут зашивать тебя. Мне не лгут. — Он скрестил руки на груди. — Ну. Объясняй. Я не понимаю, что происходит. А этого я не люблю больше всего на свете.

Последнее спасение — правда.

— Мой наставник, Абенти, научил меня в целительском искусстве всему, чему мог, — объяснил я. — Когда мне пришлось жить на улицах Тарбеана, я лечил себя сам. — Я указал на свое колено. — Сегодня я не надел рубашку, потому что у меня всего две рубашки, а прошло уже много времени с тех пор, когда у меня их было так много.

— А налрут? — спросил Арвил.

Я вздохнул.

— Я не вписываюсь в общие рамки, сэр. Я младше всех, и многие люди думают, что мне здесь не место. Я огорчил многих студентов тем, что так быстро попал в арканум.