Хроника убийцы короля [3 книги]

— Извини, — сказал я. Сожаление. — Я не хотел тебя задеть.

— Не демонстрируй мне смирение, если не испытываешь его, — сказала она, по-прежнему сердито щурясь. — Даже когда ты надеваешь маску на лицо, глаза твои все равно остаются прозрачными окнами.

— Извини, — сказал я, уже искренне. Извинение. — Я надеялся произвести хорошее первое впечатление.

— Зачем? — спросила она.

— Мне хотелось, чтобы ты думала обо мне хорошо.

— Мне хотелось бы иметь причины думать о тебе хорошо.

Я решил сменить курс, надеясь вывести разговор в более тихую гавань.

— Темпи назвал тебя ""Кувалдой"". Почему?

— Меня так зовут. Вашет. Кувалда. Глина. Вращающееся Колесо.

Она произнесла свое имя тремя разными способами, каждый раз другим тоном.

— Я та, кто придает форму, заостряет и уничтожает.

— А почему глина?

— Потому что я и глина тоже, — сказала Вашет. — Только то, что само податливо, может учить других.

Я ощутил нарастающее возбуждение.

— Нужно признаться, — сказал я, — мне будет приятно иметь возможность говорить со своим наставником на одном языке. У меня есть тысяча вопросов, которые я не мог задать, потому что знал, что Темпи не поймет. А если и поймет, то я не пойму его ответов.

Вашет кивнула и села на одну из скамей.

— Умение общаться — это тоже свойство наставника, — сказала она. — Теперь ступай, отыщи длинную палку и принеси ее мне. И начнем урок.

Я отправился к деревьям. Ее просьба звучала как часть ритуала, так что мне не хотелось притащить ей первый попавшийся гнилой сучок, который валяется под ногами. В конце концов я нашел иву и отломил гибкую ветку длиннее моей руки и толщиной с мой мизинец.

Я вернулся к Вашет, сидящей на скамье. Я протянул ей ивовую ветку, она достала из-за плеча свой меч и принялась очищать ветку от торчащих сучков.

— Ты сказала: ""Только то, что само податливо, может учить других"", — объяснил я. — Вот я и подумал, эта ветка как раз подойдет.

— Для сегодняшнего урока сгодится, — сказала она, счищая последние полоски коры. В руках у нее остался тонкий белый прут. Вашет вытерла меч о рубаху, спрятала его в ножны и встала.

Держа в руке ивовый прут, Вашет взмахнула им пару раз. Прут негромко посвистывал, рассекая воздух. ""Вжик-вжик!""

Теперь, когда Вашет оказалась ближе, я обратил внимание, что, хотя она и носит знакомую красную наемничью одежду, ее рубаха и штаны, в отличие от одежды Темпи и многих других, не стянуты кожаными ремнями. Вместо ремней она носила полосы кроваво-красного шелка.

Она посмотрела мне в глаза.

— Сейчас я тебя ударю, — серьезно сказала она. — Стой смирно."

"Вашет принялась медленно обходить меня по кругу, по-прежнему помахивая ивовым прутом. ""Вжик-вжик!"" Она очутилась у меня за спиной, и не видеть ее было еще хуже. ""Вжик-вжик!"" Она замахала быстрее, звук изменился.