Хроника убийцы короля [3 книги]

 — Моя история и без того достаточно красочна, чтобы я еще что-то присочинял!

— Не ври! — внезапно рявкнул Баст — он аж подпрыгнул на стуле от ярости. — Не ври мне об этом! Не смей!

Он с размаху врезал ладонью по столу, опрокинул свою кружку, чернильница Хрониста упала и покатилась в сторону.

Хронист в мгновение ока схватил недописанный лист и ногами оттолкнулся от стола, чтобы спасти рукопись от брызг чернил и пива.

Баст подался вперед, тыча пальцем в Квоута, лицо у него побагровело.

— Мне плевать, из какого еще дерьма ты тут делаешь конфетку! Но на этот счет врать не смей, Реши! Только не мне!

Квоут указал в сторону Хрониста, который сидел, обеими руками сжимая спасенный листок.

— Баст, — сказал он, — это мой шанс честно и полностью поведать историю моей жизни. И все, что я говорю…

Баст зажмурился и замолотил кулаками по столу, точно капризный ребенок.

— Заткнись! Заткнись!!! Заткни-и-ись!!!

Он указал на Хрониста.

— Реши, мне трижды наплевать, что ты рассказываешь ему. Он все равно будет писать, что я скажу, а не то я сожру его сердце на рыночной площади!

Он снова указал на трактирщика и яростно потряс пальцем.

— Но мне ты расскажешь правду, и немедленно!

Квоут посмотрел на своего ученика, и его улыбка медленно растаяла.

— Баст, мы с тобой оба знаем, что я не против того, чтобы приукрасить хорошую байку. Но эта история — дело другое. Это мой шанс записать все как было. Это та правда, которая стоит за байками.

Черноволосый юноша сгорбился на стуле и закрыл глаза ладонью.

Квоут посмотрел на него озабоченно.

— С тобой все в порядке?

Баст потряс головой, по-прежнему прикрывая глаза.

— Баст, — мягко сказал Квоут, — у тебя рука в крови.

Он выдержал долгую паузу, потом спросил:

— Баст, в чем дело?

— Вот именно! — выпалил Баст пронзительным, истеричным тоном, раскинув руки. — Я, кажется, наконец-то понял, в чем дело!

И Баст разразился хохотом, но хохот его звучал натужно и неестественно и завершился чем-то похожим на рыдание. Баст задрал голову к потолку, глаза у него блестели. Он сморгнул, словно сдерживал слезы.

Квоут подался вперед и положил ему руку на плечо.

— Баст, прошу тебя…

— Ты просто столько всего знаешь! — сказал Баст. — Слишком много всего такого, чего тебе знать не положено. Про берентальту знаешь. Про белых сестер, про путь смеха. Как же ты можешь не знать про Ктаэха? Это же… это же чудовище!

Квоут приметно расслабился."

"— Боже милосердный, Баст, и это все? Ты ж меня в пот вогнал. Мне доводилось встречаться с вещами похуже…

— Хуже Ктаэха ничего нет и быть не может! — выкрикнул Баст и снова грохнул стиснутым кулаком по столешнице. На этот раз послышался треск, как будто толстая доска не выдержала и проломилась. — Слушай, Реши, заткнись и слушай! Я серьезно.