Антология советского детектива-22. Компиляция. Книги 1-24

Он произносил слова певуче, с китайским акцентом, смешно их коверкая.

Как-то перед обедом пограничники вышли на учебные занятия по стрельбе. У глухой стены была установлена деревянная мишень. Стреляли на расстоянии двадцати шагов из нагана. Чен стоял в стороне и с интересом следил за результатами стрельбы."

"Подошла очередь стрелять Джумаеву. Пока тот целился, на глазах у всех в воздухе мелькнул какой-то блестящий предмет и со свистом вонзился в самую середину мишени, в черную точку. Раздосадованный Джумаев бросился к мишени. В центре круга торчал нож с простой деревянной ручкой. Эта шутка была неслыханным нарушением воинского распорядка.

— Кто это сделал? — строго спросил старшина.

Бойцы, не чувствуя за собой вины, недоумевающе переглядывались. Старшина повторил вопрос.

— Нет виноватых? Хорошо. Всем двенадцати человекам — наряд вне очереди: чистить конюшню.

На лицах бойцов отразилась обида.

И только старшина хотел подать команду: «Кругом марш», как к нему подбежал Чен и со слезами на глазах, запинаясь, проговорил:

— Товарищ старшина. Моя нож кидай.

— Так это ты бросил? — удивился старшина.

Бойцы окружили Чена.

— Ай, ловкач!

— Здорово! В самую точку попал!

— А ну, давай еще разок!

Старшина сердито посмотрел на Чена, хотел прикрикнуть на бойцов, потом брови у него разошлись и он задорно подмигнул оробевшему мальчику.

— Попадешь еще раз в цель?

— Попадешь, попадешь! — так и загорелся Чен.

Он стал бросать нож. И каждый раз без промаха попадал в центр мишени.

Бойцы рассказали начальнику заставы о ловкости Чена.

— Где же ты научился? — спросил капитан, усаживая Чена рядом с собой.

Мальчик низко опустил голову, плечи его дрогнули и, вместо ответа, расплакавшись, он уткнулся лицом в колени капитана.

В один из морозных дней наступившей уже зимы на заставе появился Цой. Застигнутый в горах метелью, он несколько дней с трудом пробирался среди глубоких снегов, таща на плечах убитого им архара. Начинали сказываться годы. Решив переждать метель на за-ставе, старик отдал барана на красноармейскую кухню.

Цой сидел с капитаном Морозом за неизменным чаепитием, когда на пороге кабинета появился Чен с книжкой в руках. Старый охотник порывисто вскочил.

— Чем! Ты…

От неожиданности мальчик отступил назад, потом глаза его расширились, губы задрожали и он бросился навстречу старику.

— Дедушка Цой!..

Капитан, взволнованный, молча наблюдал за встречей. А мальчик, стоя перед Цоем, о чем-то быстро-быстро заговорил на родном китайском языке. По мере того, как рассказывал мальчик, лицо старика мрачнело, голова опускалась всё ниже на грудь, и когда Чен, вдруг всхлипнув, расплакался, Цой обнял его и, прижимая к себе, проговорил по-русски:

Плакать не надо, Чен! Твоя хорошо делал.