Антология советского детектива-22. Компиляция. Книги 1-24

Музыкант легко и беззаботно брал отдельные такты из произведений мировых композиторов и слагал их в дерзкую импровизацию.

С минуту профессор стоял, слушая, и улыбка исчезла с его губ. Он подошел к ярко освещенному входу в кафе и заглянул на веранду.

Земля качнулась под ним, он схватился за грудь. Потом стремительно отпрянул от дверей кафе, едва добрел до одной из скамеек па набережной и, тяжело дыша, сел.

Вася, мечтательный Вася, среди грязных, залитых пивом столиков, - так представлялось профессору, - играл на дрянной скрипчонке. Он стоял перед глазами профессора: забыть это было невозможно.

Мальчик кончил играть. В кафе загремели аплодисменты. Профессор болезненно поморщился.

Может быть, Вася снова начнет играть? Некоторое время профессор сидел на скамье, но музыка не возобновилась. Он поднялся, внезапно почувствовав большую усталость.

Теперь кварталы казались невероятно длинными, темными и пустынными. Старик несколько раз отдыхал, пока дошел до дома. Миновал сад, где удушливо сладко пахли последние цветы метеол, поднялся на веранду, опустился в кресло и некоторое время сидел неподвижно."

"Сидел долго, и мысли спокойные, рассудительные приходили к нему. Должно быть, он ошибся, никто не крал у него ученика, и Вася исполнял это дерзкое попурри просто, чтобы посмеяться над музыкантами, которые только и знают, что бренчать фокстроты.

А может быть, Вася так зарабатывает деньги на хлеб? Впервые появилась у профессора такая мысль, и он с горечью подумал о том, что никогда ни о чем не расспрашивал мальчика и ничего не знает о Васиной жизни.

Потом вспомнилась широкая спина Глобы, затянутая в серый костюм. Он сидел возле того столика, где играл Вася. И снова профессору стало больно, снова появилось чувство обиды.

Скрипка лежала на столе в простом черном футляре. Профессор открыл крышку и несколько секунд смотрел на струны. Четырьмя светлыми линиями они прорезали коричневое дерево. Старик опустил крышку, отнес скрипку в комнату, положил в ящик большого темного шкафа и запер на ключ.

Когда он снова вышел на веранду, по небу неслись сияющие метеоры. Профессор смотрел на звездопад, и снова Васина музыка зазвучала в его ушах.

И неожиданно профессор понял: там, в кафе, Вася издевался надо всеми, кто хотел слушать затрепанные фокстроты; его музыка смеялась над Глобой, над всеми, кто хотел украсть у профессора настоящего мастера. И, поняв это, профессор облегченно вздохнул.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Они пришли в порт утром выходного дня. Празднично одетые люди спешили занять места на катерах, чтобы ехать к дальним песчаным пляжам.

Этой ночью Варвара Павловна запретила племяннику помогать Марье. Вася долго не задумывался над причиной такой нежности- Это его не интересовало.