Антология советского детектива-22. Компиляция. Книги 1-24

Осторожно двигаясь, стараясь даже не дышать, ребята добрались по этому проходу до того места, где стоял столик Глобы и Васи.

От ребят столик отделяла только тонкая досчатая перегородка, в которой были прорезаны разнообразные, довольно-таки нескладные узоры. Каждое слово Глобы и Васи слышалось здесь совершенно ясно. Мальчики застыли, стараясь не пропустить ни одного звука.

* * *

Глоба посмотрел сквозь прозрачную воду на свет и начал говорить. Он говорил так, словно рассказывал давно известную историю, медленно и лениво, но в то же время его внимательные, настороженные глаза напряженно следили за Васей, за тем, как он слушает. От этого зависело, удастся ли Глобе выполнить намеченный им план.

- В одном городе,-рассказывал Глоба,-жил знаменитый скрипач. Когда он играл, люди умолкали, и ничто не могло их заставить говорить, пока звучала скрипка. Скрипач жил в большом городе, он выступал в концертах, но частенько играл и у себя дома. Тогда у открытых окон собиралась толпа. У него была скрипка, каких не много на свете. Такие скрипки когда-то делали старинные итальянские мастера. Они создавали их так, как художники пишут картины: долго, любовно, точно и аккуратно подгоняя каждую деталь. И каждая скрипка, сделанная старыми мастерами, была настоящим художественным произведением… Знаменитый скрипач был очень богатым человеком. У него были прекрасные парки, замки, автомобили. Прекрасная белая яхта всегда ждала его, когда ему хотелось покататься в море. Она медленно, плавно покачивалась в порту на якоре, напоминая огромную чайку…

Глоба остановился и минуту помолчал, поглядывая на Васю. Он хорошо выбрал тему для рассказа. Ведь это было то, чем жил Вася, к чему стремился: стать настоящим скрипачом, иметь собственную скрипку…

Затаив дыхание, мальчик слушал Глобу.

В кафе играл небольшой оркестр. Скрипка, пианино, виолончель и барабан производили оглушающий шум. Даже за соседними столиками не было слышно ни слова из того, что говорил Глоба. Вася слушал, как фальшиво и путанно выводила скрипка ритмичную мелодию фокстрота, и с легким презрением усмехался. Воспитанный на суровой и высокой классической музыке, он считал фокстроты недостойной музыкой.

- Слава скрипача, - помолчав, продолжал Глоба, - разносилась широко по всей стране и по всему миру. И вот, когда произошла революция, скрипач не захотел играть на своей чудесной скрипке под аккомпанемент выстрелов. Когда выстрелы приблизились к городу, он взошел на свою яхту и приказал капитану выйти в море…

- Попросту сбежал за границу! Читал я о таких!- грубовато перебил Вася романтический рассказ, но Глоба не обратил на его слова никакого внимания.

- …И они вышли в море. Был ужасный шторм, полны катились через палубу яхты. Скрипач боялся за свою скрипку.