Антология советского детектива-22. Компиляция. Книги 1-24

Включив чайник, он прилег на диван, но почти тотчас услышал движение в передней. Да ведь входная дверь осталась открытой! Кто это? Неужели еще что-нибудь случилось?

— Кто там?

— Прошу простить! — ответил чужой, явно не русский голос.

Профессор поднялся, вышел в переднюю. Там стоял незнакомый худой человек в зеленой байковой пижаме, в мягких туфлях, — видимо, выбежал из дому в чем был. На его взволнованном бледном молодом лице чернели подстриженные усики. Он с опаской посматривал на Рекса, который вошел с ним со двора и теперь обнюхивал его, виляя обрубком хвоста.

— В чем дело? Не бойтесь, он не тронет. Рекс, на место!

— Прошу простить, пане профессор... — повторил черноусый, — я сосед, Ружек, з механичнего, ту, напротив... Ох, беда!.. — волнуясь, он не находил русских слов, и хирург попросил его перейти на родной язык. Тогда черноусый объяснил, что он живет через улицу, в большом доме, рядом с разрушенным зданием, работает техником на механическом заводе. Несколько минут назад жена хотела поправить занавеску на окне, поскользнулась на табурете, выдавила стекло и глубоко порезала руку в локте. Столько вышло крови — Иезус-Мария! Он затянул ей руку полотенцем... И никого с ней нет, соседи все ушли...

Румянцев вообще, — а особенно здесь, за границей, — старался избегать всего, что сколько-нибудь походило на частную практику, но тут отказываться не приходилось. Он быстро прошел в комнату, надел китель, захватил пару перевязочных пакетов и склянку с йодом, выдернул вилку закипавшего чайника и возвратился в переднюю, взял фуражку, взглянул на шинель. Черноусый ломал пальцы и топтался от нетерпения.

— Тут рядом, пане профессор. Скорее, умоляю пана!

Они вышли. Румянцев запер дверь и первым спустился с кирпичного крылечка. После светлой передней темнота мартовской ночи показалась чернильной. По ту сторону широкой улицы-аллеи в мрачных громадах больших, частично разрушенных домов кое-где светились одинокие окна.

— Тут еще ступенька, не... — начал было профессор, и вдруг его крепко схватили сзади за локти. Черная фигура загородила дорогу, а у самого лица он увидел тускло отсвечивающий в темноте ствол пистолета.

— Смирно, молчать! — раздался за спиной новый голос, и холодный металл прижался к затылку хирурга.

— Спокойно, вам ничего не будет! — подхватил стоявший впереди. Кто-то торопливо ощупал карманы Румянцева.

— Выходите! — предложил черноусый.

Человек, загораживавший дорогу, попятился, не опуская пистолета, и хирург шагнул за калитку. Вчетвером, тесной кучкой, они наискось пересекли безлюдную улицу. Большой с выключенными фарами легковой автомобиль стоял у панели против разрушенного нежилого дома.