Антология советского детектива-22. Компиляция. Книги 1-24

Дорогие мои, бедные друзья, они умерли от голода и жажды, а я даже не могу вспомнить, что происходило в последние минуты их жизни! И опять мне мерещится дрожащий свет фиолетовых прожекторов на дне океана... Я вижу фигуру боцмана...

Шаги... Кто-то идет в темноте. Я слышу шорох травы, вглядываюсь в темноту, но уже не верю себе. Неужели это снова безумие?»

Затихли звуки мотора, Невдалеке прошелестели листья невидимых деревьев. И вдруг раздался крик и топот ног. Штурман не шевелился. Огромная человеческая фигура пробежала мимо него, но он уже ничего не чувствовал и не сознавал.

Неизвестный кинулся к воде. Огни парохода исчезли.

Медленные, грузные шаги. Человек возвращался с берега. На миг оцепеневшему Головину показалась знакомой эта фигура. Но он уже не верил себе. «Бред, бред», — звучала в его ушах фраза Ирвинга, и штурман, не двигаясь с места, молча смотрел на приближающегося человека. И вдруг тот остановился. Штурман всмотрелся в темноту и помертвел. Верить ли своим глазам? Ему почудилось, что перед ним появился двойник боцмана Бакуты...

Глава пятнадцатая. ТРИ ПЛЕННИКА

На мексиканском берегу в темноте ночи мы на некоторое время оставим ошеломленного штурмана и расскажем о судьбе трех остальных моряков из экипажа «Звезды Советов». Для этого нам придется вернуться назад и вспомнить утро пятого декабря — то утро, когда с капитанского мостика «Президента» штурман Ирвинг заметил в океане фигуру безжизненного человека.

Приступая к описанию приключений Бакуты, Нины и Андрея, мы тем самым подтвердим существование подводного крейсера «Крепость синего солнца», с которого с помощью Накамуры на рассвете пятого декабря спасся Головин. Трое друзей штурмана остались на дне океана, и в то время как Головин, выбросившись на поверхность океана, лишившись чувств, плыл к огням парохода, они еще крепко спали в душной железной каюте.

Боцман Бакута в это утро проснулся от какого-то странного предчувствия. Он вскочил с койки и в эту же секунду в каюте вспыхнул свет электрического фонаря. В дверях стоял Накамура. Но еще до этого боцман обнаружил, что койка Головина пуста.

— Где Александр Павлович? — подскочив к Накамуре, встревоженно спросил он.

Японец с печальной улыбкой приложил палец к губам, и смутившийся боцман растерянно оглянулся. Не ошибка ли?

Штурман отсутствовал.

— Где Александр Павлович? — повторил он свой вопрос. — Куда его увели? О да! Я забыл — ты ведь не понимаешь русского языка. «Штурман, — знаками объяснил он, — вот его койка. Где мой штурман?»

Накамура утвердительно кивнул головой в знак того, что он понимает Бакуту.

— Русский, — промолвил он и указал рукой на потолок. — Русский... — И Накамура сделал руками несколько выразительных движений, изображая плывущего человека.

— Плывет!..