Антология советского детектива-22. Компиляция. Книги 1-24

Леонард Карлович стоял, заложив руки за спину, и бинокль блестел на его мокрой груди. Он вытянул вперед голову и заложил руки за спину. За левой его щекой двигался шарик конфеты.

— Ступайте к радисту, — промолвил Кланг, языком перекладывая конфету за правую щеку, — у этого молодца, кажется, полная авария.

В радиорубке был хаос. Разбитая, расщепленная дверь лежала на пороге, а за ней валялись осколки ламп и обрывки проводов. Убитый горем радист на коленях ползал по лужам, собирая свое имущество. Не смея поднять глаз на вошедшего штурмана, он еле слышно проворчал:

— Хотел бы я видеть кого-либо другого на моем месте...

— Восстановить невозможно? — спросил Головин. — Что вы успели передать?

— Пять раз я восстанавливал... Антенну разрывает, как нитку... Три раза принимался работать, но... видите сами...

Штурману не пришлось докладывать капитану о положении дел на судне. Леонард Карлович, лишь только Головин стал с ним рядом, порывисто обернулся и проворчал:

— Случилось самое худшее, чего можно было ожидать. Размагнитились компасы. Но они все равно мало помогли бы нам, — словно обнадеживая штурмана, добавил он.

Три дня носился пароход в неистовом урагане. Все попытки радиста наладить передачу кончались ничем, и едва лишь, чудом наладив аппарат, он брался за ключ, как ветер срывал антенну. К концу четвертого дня Леонард Карлович отдал Головину последнее распоряжение:

— Приготовить шлюпки. Когда закончите, явитесь ко мне в каюту. Не более чем через полчаса судно пойдет ко дну.

У шлюпбалок штурман столкнулся с Бакутой.

— Готово. Все в порядке, — прокричал боцман, — можете докладывать!

Головин отправился в каюту капитана. В узкой темной каюте под креслом белели деревянные голландские башмаки. По полу перекатывался кокосовый орех, в давние времена вывезенный капитаном из тропиков. Кланг сидел за столом и аккуратно делал записи в вахтенном журнале.

В каюту одновременно с Головиным вошел радист.

— Рация окончательно выбыла из строя, — доложил он.

— Знаю, — кивнул капитан. — Кстати, я надеюсь, давая сигналы, вы называли судно его старым именем «Звездочет»?

— Нет, — испуганно признался радист, — «Звезда Советов»...

— Но ведь мы, — поморщившись, но не меняя тона, сказал капитан, — мы числимся «Звездочетом». Никто, вероятно, не знает о переименовании...

— Простите... Я думал...

— Ступайте... Марш на палубу! — усталым голосом промолвил Кланг. — Я не имею к вам никаких претензий.

— Итак, — поднимаясь из-за стола, сказал капитан, — мы сейчас же должны покинуть судно. Люди расписаны? Знают свои места? Отлично. Вы садитесь в первую шлюпку и командуете ею. Не возражать! Так я приказываю. Отправляйтесь!

Головин повернулся, чтобы уйти, но капитан схватил его за руку.

— Погодите... Попрощаемся.