Антология советского детектива-22. Компиляция. Книги 1-24

В грохоте мотора Граня услышала:

— Да здравствует Москва!"

"Самолет понесся по полю. Автомобиль выехал за ворота и скрылся в облаках пыли.

Всходило солнце, когда Крюгер под угрозой трех револьверов поднялся за облака.

— Уберите, — попросил он Граню. — Пусть они уберут оружие. Если захотят, они меня будет убить — Спросите, куда лететь.

— В пустыню, к Алмасским горам, — приказал Ли Чан.

— Помните, — прокричала воодушевившаяся Граня, — помните, что вам сказали. Если вы предадите нас — мы погибнем; но прежде вы будете убиты. Вперед!

— Алмасские горы, я понималь, — закивал Крюгер. — Я дорожу своя жизнь.

* * *В лучах солнца нового дня самолет летел над пустыней. К удивлению Грани, Крюгер стал совершенно спокоен. «Уж не задумал ли он предательство?» — подумала она. Но Крюгер летел к Алмасским горам. Иная причина давала ему возможность быть спокойным за свою судьбу.

Итак, самолет — над пустыней, а в другом конце, посреди песчаных барханов, двигался автомобиль с тремя советскими путешественниками.

«Алмас!.. Алмас!..»

Пустыня. Тишина. Нежная рябь на песчаных холмах и сияющее до боли в глазах яркое синее небо. Медленно двигался автомобиль, словно не решаясь расставаться с горами, и путники, скованные щемящим я томительным чувством, хранили молчание.

Тяжело вздыхая, ученый наконец перестал смотреть на скалы и обратился к геологу:

— Наступило время, друг мой, раскрыть вам тайну алмасов, поведать о том, что я видел в Долине Смерти и в Пещере Снов. Но прежде я приведу небольшую историческую справку. В одном из маньчжурских городов… Но вы не слушаете меня?..

— Остановитесь! — встревоженно приказал Висковский. — Мне кажется… летят самолеты!..

И действительно, три самолета, по виду бомбардировщики, появились с востока и через несколько минут закружили над автомобилем.

— Несомненно, за нами, — убежденно сказал В сковский. — Едем обратно! Посмотрим.

С самолетов заметили маневр «доджа», и тотчас все три бомбардировщика тоже повернули к горам.

— Ясно… Все понятно, — решил Висковский. — Продолжайте ехать. Старайтесь как можно дальше отъехать от гор. Я остаюсь.

— Один? Я не позволю, — запротестовал профессор, — покинуть одного! Никогда…

— Нет времени для споров, — повелительно прервал его геолог, — гоните сейчас, же изо всех сил. Я должен остаться!

Джамбон, как огорченный ребенок, обиженно моргая глазами, по-детски раскрыл рот и уже не мог говорить. Он лишь умоляюще протягивал руки, надеясь задержать геолога.

— Бесценный, друг, — бормотал он дрожащими губами, — сделайте милость, объясните, что вы задумали? Вы погубите себя!

— Я остаюсь, — легко отстраняя руки ученого, категорически повторил Висковский. — Успокойтесь и поезжайте, иначе вы погубите всех нас… Так нужно.