Антология советского детектива-22. Компиляция. Книги 1-24

Но она понимала, что ее внезапная отлучка может насторожить врага.

«Врага? — спросила Надя сама себя. — А имею ли я достаточные основания, чтобы так называть Зотова? Ведь он приехал вместе с Демидовым. Демидов знает его. Может быть, я просто излишне подозрительна?»

И Надя решила, что ничего особенного не произойдет, если свои наблюдения она выскажет Николаю только на следующий день, когда была назначена встреча.

Глава 16

Как обычно, Белявин до одиннадцати часов ночи продежурил на радиостанции. Неизвестная рация молчала, и Николай отправился к себе, в маленькую комнатку, примыкавшую к радиостанции. Раздевшись и аккуратно сложив обмундирование, он лег на узкую койку и задумался.

Он чувствовал, что его последние сообщения дали основания майору Величко выработать какую-то новую версию. Но что это за версия, он никак не мог догадаться.

Потом он стал думать о Наде.

«Где сейчас она? Может быть, сидит у походного костра где-нибудь в горах и задумчиво смотрит на пляшущие язычки пламени? Или спит в своей палатке?»

Николаю ясно представилась полутемная палатка и жена, спящая на походной кровати-раскладушке. Она спит, подложив под щеку ладошку и смешно оттопырив пухлые губки.

«Надюша, родная моя! — растроганно подумал Николай. — Как мало мы бываем вместе.»

Он достал из кармана гимнастерки маленькую фотокарточку, заботливо обернутую прозрачным целлофаном, и долго всматривался в простое, ясноглазое лицо жены.

«Ничто, никогда не разлучит нас, дорогая моя!» — подумал он и, спрятав карточку, выключил свет.

Через несколько минут Белявин заснул крепким сном усталого человека.

Проснулся он оттого, что кто-то включил в комнатке свет. В дверях стоял старшина-радист.

— Товарищ лейтенант, неизвестная рация начала работу! — взволнованным, приглушенным голосом проговорил старшина. — Наши уже пеленгуют ее…

— Сию минуту!

Николай торопливо оделся и, на ходу затягивая пояс на гимнастерке, выбежал в коридор.

В аппаратной маленький, подвижной сержант-радист, прильнувший к аппарату, молча протянул ему вторую пару наушников. В наушниках слышалось легкое потрескивание и чей-то хрипловатый голос размеренно повторял одну и ту же фразу:

— Луна, Луна, я Сириус-семь! Луна, Луна, я Сириус-семь…

— Позывные! Те же, что и в прошлый раз! — нахмурившись, пояснил сержант, пододвигая к себе несколько остро заточенных карандашей и стопку бумаги.

— Тридцать семь, тридцать семь, тридцать семь, — размеренно три раза повторил тот же голос.

Далее шел непонятный набор цифр. Николай обратил внимание на то, что цифры все возрастали вначале шли единицы, потом неизвестный радист назвал несколько цифр второго и третьего десятка, затем перескочил на со́рок…

«Да! Майор Величко прав! — решил он.