Антология советского детектива-22. Компиляция. Книги 1-24

 — Капитан поднял руку, предупреждая возражения: — Теперь о связях с хозяйкой отеля… Даже с твоих слов я понимаю, что все это выглядит подозрительно. Но чтобы делать выводы, признаний твоей рыжей подружки недостаточно.

— Какая еще подружка! — возмутился Тарас. — Немка, и все тут!

— Ну извини, — протянул Фокин. — Я-то думал, люди — братья. Итак, слова Гертруды к делу не пришьешь. Кто такой Ганс Майер?.. Выяснить его личность тоже нелегко…"

"Одна за другой рушились версии. Получалось, что догадки, выводы, так старательно выстроенные, не стоили ломаного гроша.

— Зря нос повесил. — Фокин посмотрел парнишке в глаза. — Забыл мою учебу? Умей наблюдать…

— И за внешними признаками видеть суть явления. Так?

— В твоем рассказе есть смысл…

— Не надо успокаивать.

— Ты не красна девица, чтобы я в комплиментах рассыпался. Первую часть работы выполнил, теперь изволь приняться за вторую. Никто другой так незаметно следить за обитателями гостиницы не сможет. Вот и продолжай. А меня в подручные запиши… Ну, пошли посмотрим, что там немцы наработали. Я им давеча такое устроил — долго будут думать, прежде чем снова решатся мачтовый лес на дрова переводить.

Тарас покосился на Саню и подумал: «Непоследователен мой командир. Неделю назад заявил, что я демобилизован, а сейчас поставил в строй и отдал приказ». Тарас почувствовал облегчение. Он привык к напряженной, полной риска жизни и никак не мог смириться со своим теперешним положением…

Просека шла по дуге. Окаймляя у подошвы одну из горных вершин, она врезалась в долину широким раструбом, в основании которого текла извилистая речушка — дальняя граница рабочего участка. На берегу еще оставались небольшие делянки нестроевого леса, подлежащего вырубке.

Тарас еще издали увидел, как закачалась, постояла немного, словно раздумывая, и рухнула с глухим стоном вековая ель. В этом зрелище было что-то жуткое. Подошел прораб. Белесые выцветшие глаза его смотрели неприязненно, а тонкие сухие губы, пока он докладывал о ходе работ на лесоповале, кривились.

— Фашист недобитый, — процедил сквозь зубы Тарас, глядя вслед тощему немцу.

— Вот и ошибся, — расхохотался Фокин. — Прораб коммунист, один из немногих уцелевших сподвижников Тельмана. Десять лет каторги за плечами. Сейчас возглавляет местную комиссию по денацификации.

— Какую комиссию?

— Комиссия создана из бывших заключенных и узников концлагерей. Задача ее — окончательно уничтожить национал-социализм. Последователей идеологии фашизма еще немало ходит по здешней земле. — Фокин задумчиво покачал головой. — Эта мразь умеет искусно маскироваться. Выявить ее бывает очень непросто, а нам порой и не под силу, потому как недостаточно знаем местные условия. Да и вряд ли стоит подменять немцев.