Антология советского детектива-22. Компиляция. Книги 1-24

– Стой, стрелять буду! – повторил пограничник, однако не стрелял, потому что появление женщины да еще этот пронзительный детский крик совсем сбили его с толку: как же можно стрелять в женщину с младенцем? Тем более – Майю, за которую себя сейчас выдавала Гаяне, пограничники прекрасно знали. А Гаяне, продолжая продвигаться по направлению к реке, как заведенная повторяла все одну и ту же фразу, заучить которую ее заставили Христофоров и Крысюк, называла имена Асмик и ефрейтора Чадова.

– В чем дело? – послышался тот же голос пограничника, но странное дело – сам солдат так и не появился, будто растаял в темноте, да и голос его непонятным образом не усиливался, а замирал, становился тише.

Христофоров дал очередь из автомата, прошептал:

– С одним нарядом покончено, – хотя отнюдь не был в этом уверен. – Скорее к реке, скорее… Что вы плететесь, как дохлые клячи… Живо!

Где-то впереди раздались выстрелы. Пришлось залечь. Ребенок кричал не переставая, пули взвизгивали поверх голов. Но пограничники в темноте не видели банду и, очевидно, понятия не имели, сколько у них врагов. По крайней мере Христофоров был в этом убежден и отдал приказ отползти в сторонку, уйти из-под обстрела."

"– Где же наши люди? – настороженно спросил Крысюк, имея в виду Аракеляна и Кныша.

– Прорываются к Араксу, иначе мы уже повстречали бы их, – пояснил Христофоров.

– Почему же они не предупредили нас о нарядах пограничников?

– Потому, что они их не видят, так же как не видим и мы.

– Разбираться будем, когда уйдем за кордон, – поддержал Христофорова Адам Адамыч, не показывая, сколь сильно напуган он словами Крысюка.

– Вперед! – хрипло скомандовал Христофоров.

Банда снова пустилась бежать к реке, соблюдая установленный вожаком порядок.

– Не могу больше… – прошептала Гаяне в ужасе: она понимала, происходит нечто страшное, такое, о чем она раньше и думать не смела… Надо вот сейчас что-то сделать, прекратить этот кошмар. Она, кажется, догадалась, зачем понадобилась им, да еще с младенцем. – Я не могу больше!.. – Она спотыкалась, падала.

– Эй, парень, – злобно шепнул Христофоров Ножевому, – заставь ее идти, или, клянусь…

– Да я ее… – Ножевой грязно выругался и кинулся к женщине. – Беги быстрее, ну! – он поднял руку, норовя ударить ее ножом, однако в тот же миг отлетел в сторону.

– Идиот! – сквозь зубы произнес незаметно появившийся Кныш. – Она же нам нужна, а ты…

Ножевой подобрался для прыжка на него, но не посмел, – Христофоров спросил Кныша:

– А где тот? – он имел в виду Аракеляна.

– Идет сюда, – Степан неопределенно как-то махнул автоматом.

– Ты узнал меня, Мухин? – неожиданно спросил Христофоров.

– Да, узнал.