Антология советского детектива-22. Компиляция. Книги 1-24

Хитра!

– Ты меня не обижай… – угрюмо попросил новичок. – И о ней такое зря болтаешь.

– А ты, брат, на меня не обижайся, – серьезно произнес Лукьянов. – Сначала-то я думал: умный ты. Выходит, ошибся, – он с сожалением прищелкнул языком. – Не женишься ты на своей Наде, факт.

– Ну, ну, высказывайся, – с досадой усмехнулся Косточкин. – Не напрасно, видать, тебя в стенгазете прорабатывают.

– Ну уж и рассердился, вот чудак! – с притворной кротостью проворчал Лукьянов. – В стенгазете все ефрейтор Горюнов… Невзлюбил он меня, ну и придирается, а нам с ним до демобилизации-то недели три осталось."

"– За что же он тебя невзлюбил? – недоверчиво спросил Косточкин.

– А за самостоятельность. Я, брат, никому не позволю себе на ногу наступить. И учить меня нечего, я тут, на границе, пуд соли съел, каждый камешек знаю на десять километров кругом. Прослужишь с мое – тогда поймешь, что к чему. Ты спроси того же ефрейтора Горюнова, задержал он за три года службы хоть одного завалящего нарушителя? Нет, не задержал.

Косточкин с неожиданно возникшей в нем тревогой спросил:

– Это почему же так получается?

– Не идут шпионы через участок нашей заставы.

– Что ж так, местность, что ли, неподходящая?

– Почему неподходящая? Местность как местность. Смотря на чей вкус: иные пробираются через границу равниной, там сподручнее, сады и виноградники у самой линии границы, рукой подать… Окромя того каналы оросительные, опять же кусты, заросли разные, а у нас тут…

Косточкин задумчиво протянул:

– Да, здесь другое дело…

Снова заговорил Лукьянов:

– Я ж тебе сказал – смотря на чей вкус… На какой расчет… В долине, к примеру, многолюдно, границу проскочил – и сразу среди людей исчез, как иголка в сене. А у нас тут, видал горы, во-он какие! Голые.

– Высоко, – согласился новичок.

– Высота – врагу не помеха, – назидательно сказал Лукьянов. – Ущельев да скал у нас и не перечесть, нарушители могли бы найти, где спрятаться.

– Так почему же мимо идут? – удивился Косточкин. – Может, тебя стесняются?

– Наверно, ждали, когда Петя Косточкин приедет. Теперь пойдут косяками! Если бы мы переловили, на твою долю ни одного не осталось бы. Так и пришлось бы тебе в холостяках оставаться.

– Ну, брось, я ж тебя всерьез спрашиваю: в чем секрет?

– Испугался? – усмехнулся Лукьянов. – Так и быть, скажу: боятся они нас. Такая слава о нас создалась – непроходимая застава. Офицеры рассказывают – прежде тут немало диверсантов да шпионов шло, а что толку? Все равно ни один не прошел. Видать, поняли там, за кордоном: уж лучше оставить нас в покое. Так получается – у соседей идут, а у нас нет. Тут до нас с тобой дело сделано крепко. Понимаешь?

– Вроде начинаю соображать, – Косточкин явно пал духом.

Солдаты ушли отдыхать.