Антология советского детектива-22. Компиляция. Книги 1-24

 — Не обратили ли вы внимание, Семен Ефимович, на то обстоятельство, что я ни разу не спросил вас о вашей работе?

— Обратил. Вашу деликатность оценил.

— Сегодня мне, к сожалению, придется отбросить деликатность. В интересах дела. В ваших персонально интересах, — деловито заговорил Шварц.

— Вы знаете, где и кем я работаю? — удивился Нарежный.

— Да, знаю. Я не собираюсь расспрашивать вас о ваших тайнах. — Шварц попытался улыбнуться. — У меня разговор с вами иного рода.

— Слушаю, — произнес Нарежный.

— Скажите, вы довольны своей жизнью?

— Да, конечно, а почему бы мне не быть довольным? — насторожился инженер. — Я имею любимую работу, отличные условия, все, что мне нужно.

— У вас скудное воображение, инженер Нарежный, — угрюмо усмехнулся Шварц. — Не будем говорить о том, что вы имеете. Лучше я скажу вам, чего у вас нет: денег… погодите, не перебивайте, я знаю — вы скажете, что получаете хорошую заработную плату… Но я имею в виду огромные суммы денег.

Нарежный расхохотался.

— Чудак!.. Да зачем мне миллионы? Я ведь не собираюсь открывать магазины на Кузнецком мосту!

— На Кузнецком мосту — нет, а вообще… — Шварц холодно улыбнулся, глаза его зло сощурились. — Придет время, и вы уразумеете, что такое деньги.

— Не пойму — как же вы собираетесь жить в Советском Союзе с такими дикими представлениями? — удивился инженер.

Пропустив замечание Нарежного мимо ушей, Шварц продолжал:

— Итак, вы не имеете того количества денег, которое вполне могли бы заработать. Деньги — значит богатство, влияние… Богатство — не просто текущий счет в банке, но и поместья, яхты, акции.

— Но мне ничего этого не нужно — я же ученый, а не бизнесмен! — вскричал Нарежный.

— Нужно, нужно, поверьте мне, Семен Ефимович! — Шварц зло хихикнул. — Меня вы можете не таиться, я вас прорабатывать не стану. Допустим на минутку, что по жизненной вашей неопытности вы не цените деньги…

— Доллары? — неожиданно спросил Нарежный.

— Да, — вызывающе подтвердил Мордехай Шварц. — Доллары. Но не будем говорить о деньгах. Мне известно: на службе вы занимаете солидное положение, вас ценят, вас знают как превосходного ученого. Не так ли?

— Возможно, так.

— Вам доверили работу исключительной секретности, — с неожиданным жаром продолжал Шварц. — Это же парадоксально — вы знаменитый ученый, а славы не имеете! Понимаете ли вы, что такое слава, подлинно мировая известность?

— Не задумывался над этим."

"— Задумывались! А выхода не видите — в этом ваше несчастье.

— А слава-то… какая же она? — тихо спросил Нарежный.

— Ордена…

— Есть у меня ордена.