Антология советского детектива-22. Компиляция. Книги 1-24

Операция «Элинт»…

Гейм резко перебил:

— Она слишком дорого обходится нам, эта твоя «Элинт»!

— Возьми себя в руки, Стив, и не хандри, — примирительно заговорил Коул. — Ответственность — тяжелое дело, даю тебе в том слово джентльмена, и я беру на себя всю ответственность за то, что случилось. Меня успокаивает, что в штабах понимают: война есть война, потери в ней неизбежны.

— Война!..

— Ну да — война. А как же ты еще назовешь то, чем мы с тобой занимаемся все это время? Разве наша разведка, систематический облет советских границ не есть элемент войны? То обстоятельство, что мы занимаемся такими делами в мирное время, ничего в принципе не меняет… Не хандри.

— Мне жаль наших парней, — признался Гейм.

Коул внимательно посмотрел на него."

"— У турок в почете поговорка: «Змея, которая меня не жалила, пусть живет хоть тысячу лет».

Это была неприкрытая угроза: Гейм знал, что не русские, а Коул сам уничтожил самолет, первым появившийся в тот день над Советской Арменией. Но разве поверили бы ему, Гейму? Да и чем мог бы он доказать свое обвинение? Ничем.

Он обернулся к Коулу:

— Я в твои дела не вмешиваюсь.

— Вот и правильно, ты же не знаешь ни моих полномочий, ни инструкций, которые я выполняю. — В голосе полковника Гейм почувствовал облегчение. — А нам с тобой еще служить да служить! Подожди, я сейчас кое-что организую. — Он на минуту покинул палату и тотчас вернулся в сопровождении служителей госпиталя, несущих вслед за ним на большом железном подносе бутылки, кувшины, чашки.

Когда поднос был осторожно водружен на столик у койки, Гейм и Коул снова остались одни. Полковник проворчал:

— Сейчас я составлю мой любимый коктейль, и ты оближешь пальчики. — Не теряя времени, он принялся за дело.

— «Зверобой»?

— У тебя хорошая память, Стив… Вот выпей-ка. Ну, как, а? — Коул, не переводя духа, осушил большую чашку.

— Паршивые виноделы, — заговорил он. — У турок много отличного винограда, но виноградное вино — дрянь. По всей Турции уйма кондитерских, но пирожные нельзя в рот взять — гадость на сое и постном масле. Вздумаешь побриться, лучше не заходи в парикмахерскую — они захотят обязательно поставить тебя чуть ли не на голову. Брр… Без моего «Зверобоя» тут околеть можно. — Он пил еще и еще. — И не расстраивайся… Жив остался — благодари судьбу, а о других не думай — они издержки подготовки к войне… и там, в Пентагоне, это хорошо понимают… Ну, я сегодня же подамся в Сайгон, не залеживайся тут…

Через две недели военный врач осмотрел Гейма и сказал, что с госпиталем покончено. В тот же день летчику вручили приказ срочно прибыть в Анкару и явиться к начальнику американской военной миссии. Пришлось не мешкая отправиться на аэродром, карабкаться в кабину военно-транспортной машины, отлетавшей на Анкару.