Антология советского детектива-22. Компиляция. Книги 1-24

Все это так: мы душили, травили, сжигали, убивали, насиловали… Но разве все это не известно тем, кто ныне снова вооружает нас, или тем, кто снова пускает нас на свою территорию? А мы прежние! Вы понимаете меня, герр Можайцев?

— «Новый порядок»? Снова? История повторяется?

— Не смейтесь… Чего же от нас хотят, вооружая нас, впуская нас в свой дом? — Курц пожал плечами. — В день «икс» мы повторим, правда, несколько на иной лад, то, с чего мы начали в тридцать девятом году.

— И снова аресты, тюрьмы, расстрелы заложников, истребление неугодных?

— Да, — сказал Курц. — История повторяется. Стратегическое положение ряда стран таково, что при современной военной технике воевать им нельзя — война для них была бы самоубийством.

— А потом опять на восток? — насмешливо осведомился Можайцев.

Курц развел руками:

— Возможно, но до этого у нас все-таки будет много дел в Западной Европе, надо будет отделаться от американцев.

— Я, должно быть, начинаю понимать Функа: он предлагает мне заблаговременно примкнуть к лагерю завтрашних победителей, — насмешливо произнес Можайцев. — Так или нет?

— Вы поняли правильно, — подтвердил Курц. — Что же вы ответите Карлу Функу?

— Передайте ему, что история повторяется не всегда: если после поражения Германии в прошлой войне его не повесили, то после неизбежного разгрома в будущей — петли ему не миновать, — заговорил Можайцев. — Но, возможно, Функу не удастся дожить до новой авантюры — я постараюсь прервать его существование, — Курц в изумлении вскинул на него глаза. — Не удивляйтесь, — спокойно заметил инженер, — увы, всемогущие функи — смертны, не правда ли? Я этим воспользуюсь. Кажется, я теперь знаю, с чего начинать. Не подумайте, что я хвастаю. Функ не просто обокрал меня, он украл у меня плоды трудов моих и преградил мне путь на Родину. Что же мне делать? Служить ему? Зачем? Я много думал, передайте это ему… Я знал, что он рано или поздно разыщет меня, знал все, что может произойти со мной. И я решил повести против него борьбу, всеми средствами. Курц, смотрите на меня внимательно: я говорю об этом вполне серьезно, Шольц может засвидетельствовать, я слов на ветер не бросаю. Шольц — предатель и негодяй, я уничтожу и его. Функу война со мной обойдется дорого. А теперь уходите, Курц, я устал.

Кивнув, немец по-военному повернулся и покинул хижину. Курц шел по склону несгибающимися ногами и старался осмыслить то, что ему только что сказал этот странный русский инженер: он объявил войну Карлу Функу! И ведь при всем том — нормальный и, как утверждает Шольц, весьма серьезный человек. Но бороться с Функом ему не придется — при этом Курц не мог не усмехнуться — он со своей стороны примет кое-какие меры, после которых у Функа одним врагом будет меньше.