Звёздный взвод. Книги 1-17

Юноша направился к группе офицеров, расположившихся возле разбитых орудий. На ходу Храбров высматривал среди трупов погибших землян. Отличить наемников было легко — сразу бросались в глаза их вооружение и доспехи.

Вот китаец Хван, камень пращи попал ему точно в лицо. Чуть в стороне — грек Мегалотополос. У бедняги рассечена мечом шея.

Хасан! Его пригвоздили копьем к стене. Тело до сих пор еще висит. А вот пскович — он бился, как зверь, но сразу три дротика вонзились солдату в грудь. Как и предполагал русич, две трети павших в бою воинов являлись новобранцами из последней партии. Сражения на Тасконе имеют ряд существенных особенностей. Солдатам не хватило опыта.

Перешагивая через бездыханные тела, Олесь наконец добрался до аланцев. Командира батальона он увидел сразу. Капитан отдавал какие-то приказы своим подчиненным и отчаянно ругался — эта победа более походила на поражение."

"Тем временем, санитары и специальные похоронные команды грузили раненых и убитых на вездеходы. Храбров только сейчас обратил внимание на исковерканные орудия. Чистые славно потрудились, чтобы их сломать. Об артиллерийских расчетах и говорить нечего — они были истреблены все, до последнего человека.

По всей видимости, пушки стали основной целью контратаки. У ближайшего колеса сидел, низко опустив голову, тот молодой лейтенант, с которым Олесь разговаривал во время битвы. Юноша подошел к аланцу и подтолкнул его в плечо. Тело бедняги качнулось и повалилось на землю. Только сейчас Храбров заметил рукоять кинжала, торчащую из груди.

— Лейтенант Стив Миллуол, командир первой десантной роты, двадцать два года, — раздался хриплый мужской голос.

Русич обернулся. Перед ним стоял высокий капитан со шрамом на правом виске. Плечо аланца было перебинтовано, забрало шлема разбито, а рукав сильно испачкан кровью.

— Первая рота полностью уничтожена, — покачал головой командир батальона. — Из ста человек в живых осталась всего семеро. Есть потери и в других подразделениях. Если наступление продолжится, до Нейтральной зоны я дойду один.

— У меня тоже осталось чуть больше половины бойцов, — вымолвил Олесь. — Что будем делать? Может, закрепимся здесь? Хорошенько проверим захваченные дома и кварталы. Часть оливийцев наверняка спряталась в подвалах.

— Нет, — резко возразил капитан. — Приказ таков: идти до границы. Мы должны выполнять его неукоснительно. Раненых и все огнестрельное оружие я уже вывез из города, так что можно продолжать штурм.

— Это самоубийство, но я подчиняюсь, — горько усмехнулся юноша. — Давайте роту поддержки, и мы двинемся дальше. Ненавижу напыщенных, самоуверенных глупцов. Ведь ясно же — мы лезем в западню…

Спустя десять минут вторая рота аланских десантников подошла к баррикадам.