Звёздный взвод. Книги 1-17

Аланец ножом осторожно распорол наемнику рукав курки. Легкое прикосновение — и воин застонал от боли.

— Освети предплечье! — приказал Гартену сержант.

Тотчас вспыхнул луч фонаря. Смотреть на руку Унгвара было страшно. Она неестественно распухла, покрылась красными и синими пятнами, кисть висела совершенно безжизненно. Десантник попробовал ощупать травмированное предплечье. Землянин вскрикнул и потерял сознание.

Теперь Бастен действовал более бесцеремонно. Сделав определенные выводы, аланец забинтовал повреждение, перекинул лямку через шею наемника и аккуратно положил на нее руку.

— Ну как? — поинтересовался Аято.

— Плохо, — ответил сержант. — Кость сильно раздроблена. Удар оказался слишком силен. Без хирургического вмешательства не обойтись. Мои познания в медицине невелики.

— Десять дней Унгвар протянет? — спросил японец.

— Конечно, — кивнул головой десантник. — Парень он крепкий. Обезболивающих средств у нас достаточно. Я ввел противогангренную сыворотку. За его жизнь можно не опасаться.

— В таком случае, пора двигаться дальше, — произнес Тино. — Оливийцы — упрямый народ. Олесь, где ближайший люк на поверхность? Мутанты будут оставлять заслоны в тоннелях.

— Примерно в четырехстах метрах, — проговорил Храбров, разворачивая план.

— Придется прорываться, — усмехнулся самурай. — Борги уже обогнали отряд."

"Бастен склонился к раненому землянину и привел воина в чувство. Наемник с некоторым удивлением смотрел на перевязку. Впрочем, ничего уточнять Унгвар не стал. Глупых вопросов земляне старались не задавать. Сняв с пояса подсумок с магазинами, землянин протянул его русичу.

— Мне он больше не нужен, — сказал наемник. — Стрелять с одной руки неудобно.

Спустя мгновение воин разбил автомат о каменную стену. Тасконцам не достанется ничего.

Вытягиваясь в колонну, разведчики быстро зашагали в нужном направлении. Аято, Костидис и Гартен тихо считали шаги.

После цифры «четыреста» солдаты снизили темп. То и дело земляне останавливались, прислушиваясь к подозрительным звукам в подземных катакомбах. До выхода в город осталось совсем немного.

Как и японец Олесь не сомневался, что впереди отряд поджидает засада. Но сколько в ней боргов — знает только Господь Бог. Силы могут оказаться неравными.

Вековое безмолвие тоннеля разорвал характерный свист стрел. Первым на него отреагировал Мануто.

— Ложись! — воскликнул чернокожий наемник, падая на песок.

Его примеру молниеносно последовали все разведчики. Зрение у оливийцев куда более зорче, чем у обычных людей. Сказывалась привычка жить во мраке городских коммуникаций.

Однако лучники явно поспешили. Значительное расстояние не позволило им поразить чужаков. Выдернув чеку, Бастен швырнул гранату в темноту.