Звёздный взвод. Книги 1-17

Техники ремонтировали судно девять дней, хотя раньше иногда справлялись и за семь.

Самое отвратительное в данной ситуации — неизвестность. Ни одну систему нельзя проверить на все сто процентов. Каждый взлет — как шаг в пропасть. Малейший сбой — и огромный челнок рухнет на космодром.

Встреча Ходсона и Маквила теплотой не отличалась: сошлись два явных претендента на вакантную должность начальника штаба корпуса. Если, конечно, командующий не прилетит со своим человеком.

Ни лейтенанта Ландауна, ни Корка на базе не оказалось. Первого ожидал военный трибунал, а второго — психиатрическое обследование. Но при любом раскладе эти люди уже никогда не вернутся на Таскону. Оливия оставила страшный след в их сердце и разуме.

Уставшие друзья отправились в барак. Холодный душ, пьянящее вино и пылкая женщина — что еще надо наемнику после боевой операции! Без лишних церемоний Тино и Жак предались долгожданному отдыху.

Олесю и Полу предстояло выполнить куда более скорбную миссию. Двое землян, погибших в сражении за Велон, имели в лагере жен. Одна была беременна.

Сообщать женщине о смерти ее мужа — занятие не из приятных. Душа русича еще не зачерствела. Юноша не выносил женских рыданий. Пряча глаза, молодые люди назвали имена убитых и быстро покинули помещение. Сзади послышались истеричные вопли и стоны.

— Никогда не буду заводить здесь подружку, — тяжело вздохнув, сказал Стюарт. — Мы — смертники, и не стоит обманывать себя и девушек. Уж лучше поступить, как Аято и де Креньян. Если они погибнут, рабыни достанутся кому-то другому. Никакой глубокой привязанности! Любовь неминуемо приводит к страданиям.

— Философское замечание, — горько усмехнулся Храбров. — Вопрос в том, сколько ты выдержишь? Женщины скрашивают наше существование. В какой-то степени я понимаю Оливера. Мерзавец отбросил все моральные нормы и живет лишь сегодняшним днем. Завтра может и не наступить. Это куда более выигрышная позиция. В борьбе с таким человеком мы неминуемо проиграем. Искушение чертовски велико.

— Придется перерезать ему глотку, — зло проговорил шотландец.

— Бесполезно, — отрицательно покачал головой Олесь. — Появится кто-нибудь другой.

День клонился к закату. Нижний край гигантского пылающего шара уже коснулся горизонта. Испепеляющая жара таяла в вечерней дрожащей дымке. Скоро наступит благодатная прохлада. Самое замечательное время в пустыне Смерти: дышится легко, свободно, пыль не забивает рот и нос, а пот не течет градом по лицу и спине. И жизнь больше не кажется такой паршивой и отвратительной…

Сотни десантников выстроились на плацу. Начищенные до блеска шлемы, оружие на плече, носки ботинок выровнены по линии. Из ангаров выкатили всю технику.