Звёздный взвод. Книги 1-17

Если отряд оказался на Униме, значит, так требовали обстоятельства. Как мы будем называть богов, значения не имеет. Суть все равно не меняется. Вспомните Аргуса, он ловко направил нас к Фолсу. Неужели вы думаете, что старый пройдоха не знал об аланских судоверфях? Тщательно продуманный и просчитанный заранее план.

— А как же Сфин и Канн? — удивленно сказал Воржиха. — Ведь они тоже оказались в городе…

Поляк взглянул на Храброва и тихо добавил:

— И Кроул…

— Судьба, — с ироничной улыбкой заметил самурай. — Мы идем по жизненному пути, предначертанному свыше. Можно ли изменить волю богов? Иногда это получается, но крайне редко. На подобное способны лишь избранные. Сейчас провидение толкает нас на поиски. Так понадеемся на удачу.

Корабль двигался вдоль берега уже почти десять часов. Большую скорость наемники не развивали. Они хотели повнимательнее рассмотреть землю, по которой через несколько суток придется идти пешком.

Признаться честно, унимийская территория оптимизма не внушала. Голые безжизненные скалы, полностью лишенные растительности.

Судя по всему, наверху была ровное каменистое плато. Появились серьезные сомнения в том, что вообще удастся подняться на такую высоту. Альпинистов в отряде не оказалось.

С огромным нетерпением путешественники ждали устья реки. Миссини хоть как-то скрасит унылый пейзаж. Но воинам был приготовлен довольно неприятный сюрприз. В тот момент, когда Саттон заметил широкий проход в утесах, Аято громко закричал:

— Стоп машины!"

"Белаун не знал о ситуации на палубе и отреагировал мгновенно. «Решительный» резко сбросил ход. Для большинства воинов это стало полной неожиданностью. Вацлав не удержался на ногах и откатился к бочкам, Рона рухнула с трапа, а Олан вылетел за борт. Клона тут же вытащили из воды. Мокрый, взъерошенный оливиец отчаянно ругался. К счастью, обошлось без вывихов, ушибов и переломов. В рубку вбежал де Креньян и гневно воскликнул:

— Какого черта, Тино? Мы едва не покалечились.

— Взгляни на скалы, тебе все станет ясно, — бесстрашно произнес японец.

Жак схватил со стола бинокль и начал рассматривать каменную стену. Уже через минуту руки француза дрогнули, а с губ сорвалось:

— Матерь божья! Они разнесут нас в клочья!

— Вот и я о том же, — проговорил Аято.

— Надо уходить, и как можно быстрее, — предложил маркиз.

— Нет, — возразил самурай. — Слишком опасно. Унимийцы примут нас за разведчиков и откроют огонь на поражение.

— Что же делать? — спросил де Креньян.

— Зови остальных, — вымолвил японец.

Спустя пару минут отряд был в сборе. Храбров взял у Жака бинокль и взглянул на утесы. Увиденное буквально шокировало Олеся. Судно стояло в середине устья Миссини, и прямо на него были направлены огромные стволы береговой артиллерии.