Антология советского детектива-46. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

 — Разбором причин мы с вами заниматься не будем. Этим мы занимаемся на наших служебных совещаниях.

— Профессиональные секреты? — иронически осведомляется Меншутин. — А связь с народом? А поддержка населения, опора на общественность? Это, я полагаю, не пустые слова, уважаемый Виталий Павлович? — И уже другим, безапелляционным тоном он заявляет: — Я вижу, вам просто трудно. Давайте встретимся с вашим руководством, потребуем помощи.

— Это тоже излишне, — сухо говорю я. — Вот вы, кажется, собрались сообщить мне что-то новое и важное. Так я вас понял, по крайней мере. Прошу вас, сообщите. Это будет настоящей помощью.

— К чему вам новые факты, когда вы и старые факты никак не можете правильно истолковать? — снисходительно усмехается Меншутин.

Меня охватывает негодование. Значит, он пригласил меня, оторвал от всех дел только для того, чтобы дать свои бесценные указания и советы? Какая все-таки наглость и какая безграничная самоуверенность! Эх, попадись такой Кузьмичу! И я, скрывая свои коварные замыслы, говорю Меншутину:

— Вы можете, если хотите, связаться с моим руководством.

— Давайте, давайте, — охотно соглашается Меншутин. — Это, между прочим, в ваших интересах тоже.

Я невозмутимо диктую ему фамилию Кузьмича, его звание, должность и номер телефона. Эта невозмутимость мне нелегко дается. Как мне хочется на прощание сказать хоть часть того, что я о нем думаю. Невозможно. Он может говорить, что хочет, я лишен такого удовольствия. Это еще одна особенность нашей работы. И я заставляю себя проститься с Меншутиным максимально любезно."

"Впереди у меня еще уйма дел.

Мне очень не хочется уезжать, не объяснившись с Кузьмичом. Я хочу уехать спокойно, с ощущением надежного тыла за спиной. Без этого я еще ни разу не уезжал. И тылом нашим всегда был Кузьмич. Что с ним произошло? Мне не с кем посоветоваться. Единственный человек, от которого у меня нет секретов, который все поймет, — это мой друг Игорь Откаленко. Но он в больнице, он серьезно ранен, и я не собираюсь и не должен говорить ему о случившемся.

Вещи свои я укладываю уже поздно ночью. И спать мне остается часа четыре.

Недавно мы с Игорем прикинули, сколько мы вместе налетали за те пять лет, что я работаю в уголовном розыске. Сам Игорь кончил юрфак и пришел сюда на четыре года раньше. Так вот получилось, что только вместе мы уже во всяком случае дважды облетели земной экватор. Нам это показалось тогда довольно много.

Сейчас я впервые лечу в командировку один, и это мне как-то непривычно.

Ровно и мощно гудят моторы, самолет слегка вибрирует. Салон залит солнечным светом. Глубоко под нами, как белая пена, клубятся облака.